16 апреля 2012, 18:00 нет комментариев

Власть игнорирует коррупцию

Поделиться

Обсуждать взятки пришли одни эксперты

Прошедший вчера круглый стол, который должен был стать началом публичного обсуждения инициатив Госдумы по созданию новых институтов противодействия коррупции, представители комитета, отвечающего за борьбу с нечистыми на руку чиновниками так и не явились. К диалогу присоединились только общественные деятели, прямо или косвенно борющиеся со взятками. «МК» выслушал их предложения.

 

По мнению телеведущего Максима Шевченко, чтобы побороть коррупцию, нужно полностью поменять политическую систему в России. «Сама экономика у нас коррупционна. Госслужба воспринимается как кормление», — говорит он. Шевченко называет последние 15 лет временем борьбы с парламетом. Ведущий горячо выступает за создание парламенских комиссий, которые будут следить за правительственными чиновниками и силовиками. Альтернативу комиссиям могут составить и спец прокурор или другое спецучреждение. При этом, нужно полностью поменять кадровый состав чиноничьего аппарата. «Реформы должны идти сверху», — говорит он.

Эксперт центра политической информации Алексей Мухин считает, что Росфинмониторинг должен заниматься контролем за недостоверной информацией, предоставляемой чиновниками. При этом, по его мнению «госорганы» должны следить за чиновничьими расходами, а создавать дополнительных институтов не надо. «Достаточно ограничиться инструкциями», — говорит Мухин.

Замдиректора Института политических исследований Григорий Добромелов выступает за отделение государства от бизнеса. «Сейчас самое важное, — найти слабую точку в коррупции», — настаивает эксперт на необходимости общественного контроля за Госзакупками. По его словам, сейчас все внимание должно быть направлено на разработку Федеральной контрактной системы.

Сегодня комиссии, следящие за соблюдением прав осужденных действуют в 79 регионах, рассказывает Мария Каннабих, председатель президиума общероссийской общественной организации «Совет общественных наблюдательных комиссий». По ее словам, такие важные процедуры, как условно-досрочное освобождение или даже улучшение условий содержания заключенных остаются в значительной степени коррумпированными. Общественники пытаются бороться с беспределом в кругах стражей порядка, непосредственно посещая тюрьмы и следственные изоляторы. Каннабих надеется на развитие своего института.

ЭКСПЕРТ «МК»:

Кирилл Кабанов, председатель Национального антикоррупционного комитета:

— Для того, чтобы победить коррупцию, нам нужна прежде всего нормальная конкуренция. Кроме того должен быть нарушен институт неприкасаемый — перед законом должны быть равны все. Но в России это пока, к сожалению, не выполнимо. Поэтому любой создаваемый орган, будь то специальная прокуратура или еще что-то, будет коррупционным по определению. Того же мнения, к слову, придерживается и президент Медведев. Мы, в рамках Комитета гражданских инициатив, недавно созданного Алексеем Кудриным, уже готовим несколько предложений, которые в дальнейшем планируем передать «наверх». Одним из первых шагов станет введение понятия «незаконное обогащение» в Уголовный кодекс. Пока же у нас работает только система уголовного преследования за взятки, которая не покрывает всё коррупционное поле. С принятием этой нормы у нас появятся более широкие возможности по противодействию коррупции.

Иван Ниненко, заместитель директора Transparency International:

- Понятно, что исключительно "сверху" побороть коррупцию не получится. Однако создание отдельного органа, независимого от прокуратуры и следственного комитета, на наш взгляд, все же необходимо. Он должен стать конечным в спорах о наличии конфликта интересов и ряде других вопросов, связанных с коррупционными скандалами. Такая инициатива уже была озвучена на встрече с президентом Медведевым, но он ее не поддержал, посчитав, что подобный институт должен функционировать внутри прокуратуры. Это, с нашей точки зрения, неправильно, потому что и сама прокуратура давно запятнала свою репутацию, да и начальство над этим институтом взял бы главный прокурор, что тоже было бы как минимум странно. А самое главное, что независимый орган по противодействию коррупции был бы ответственен за свою работу и с его руководителя - конкретного человека, можно было бы спрашивать за плохие результаты. Сейчас функции по борьбе со взяточничеством размазаны по многим ведомствам: то есть вроде как все при делах, но занимаются все равно другими вещами. Независимый институт можно было бы коллегиально формировать: кого-то из его членом назначал бы лично президент, кого-то - парламент, а здесь в первую очередь были бы важны кандидаты от оппозиционных партий. И конечно же в него должны входить представители общественности. У наших ближайших соседей, например в Латвии, такой институт работает уже довольно давно.

 

Источник: MK.RU

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Охотин Сергей Владимирович

Охотин Сергей Владимирович

Член ОНК Кемеровской области, координатор Gulagu.net

Потому, что до настоящего времени верю, что человек, гражданин, может и должен, влиять и вмешиваться в деятельность должностных лиц и органов власти, когда знает (достоверно осведомлён) о фактах нарушения прав человека и Основного Закона Государства, без этого невозможно самоуважение: тут либо нужно не "знать и не ведать", либо Делать (противостоять).
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3196 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ