19 декабря 2016, 00:47 нет комментариев

Непонятная статистика и спорные данные доклада Российской Федерации

Поделиться

На сайте Управления Верховного комиссара ООН по правам человека опубликован доклад Российской Федерации за 2012-2016 годы для Комитета против пыток ООН (далее – Комитет) о том, какие меры были предприняты нашей страной для искоренения пыток. Юристы Комитета по предотвращению пыток ознакомились с этим документом и нашли его крайне поверхностным и размытым.

Юрист Комитета по предотвращению пыток Екатерина Ванслова:

«Российская Федерация представила доклад за 2012-2016 годы в виде ответов на вопросы, заданные Комитетом против пыток ООН. Спектр вопросов широк и затрагивает вполне конкретные проблемы, касающиеся применения пыток в нашем государстве.

Однако этот доклад, как и все предыдущие официальные доклады нашей страны, содержит по большей части информацию о законодательных, административных, институциональных мерах по защите прав человека и общие формулировки. Между тем, информации о реальной ситуации с применением пыток в России и причинах существования этого явления явно недостаточно. Более того, некоторые положения доклада вызывают крайнее недоумение в связи с несоответствием действительности и явными попытками уйти от прямых ответов.

Например, статистическая отчетность. В предыдущий раз Комитет просил Россию «представить статистические данные о числе расследований пыток, жестокого обращения, инициированных в результате визитов ОНК, а также информацию о результатах таких расследований». Россия в докладе по этому вопросу указала следующее: «В рамках развития взаимоотношений с правозащитными организациями в 2015 году осуществлено 1158 проверок спецучреждений членами ОНК, в 2014 году – 1158, в 2013 году – 771. Анализ таких проверок свидетельствует об отсутствии со стороны должностных лиц спецучреждений полиции преднамеренных действий, ущемляющих права и свободы содержащихся в них граждан».

Сам анализ, на основе которого сделан столь категоричный вывод, при этом не представлен. Почему дан ответ только по системе МВД – также неясно. Кроме того, по данным доклада как в 2014-ом, так и в 2015-ом году было проведено ровно 1158 проверок спецучреждений полиции. Поразительное совпадение числа посещений за два года вызывает сомнение в достоверности этих данных, тем более, что власти РФ не указали их источники.

Также из представленной в докладе статистики о количестве преступлений, предусмотренных статьями 117, 286 и 302 УК РФ, невозможно сделать выводы о реальной практике привлечения к ответственности за нарушение запрета применения пыток.

Так, статья 117 УК РФ («Истязания») вообще не применяется в отношении правоохранителей, поскольку применение пыток – должностное преступление и квалифицируется по другим статьям (286, 302) уголовного кодекса.

Приведенная статистика по статье 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий») не отражает реальную картину, поскольку пытка квалифицируется лишь по части 3 указанной статьи, а разбивка по частям статьи в докладе не приведена.

Зато данные о том, что за период с 2012 по середину 2016 года по ст. 302 УК РФ («Принуждение к даче показаний») в суд были направлены только три уголовных дела, наглядно иллюстрирует, что эта статья Кодекса практически не работает.

По многим вопросам данные не представлены вовсе. Например, Россия указывает, что «статистика по количеству дел, по которым признательные показания, полученные в результате пыток, были признаны недопустимыми доказательствами, не выделяются в формах первичного статистического учета и в формах статистической отчетности о результатах рассмотрения уголовных и гражданских дел судами Российской Федерации».

Интересно, что и сами отчетные периоды в докладе постоянно варьируются. Например, сведения о количестве преступлений, предусмотренных статьями 117, 286 и 302 УК РФ, представлены за 2012-2016 годы, а статистические данные о количестве смертей в учреждениях ФСИН России –  только за 2013-2015 годы.

Не выполнена предыдущая рекомендация Комитета о представлении статистических данных в разбивке по полу, возрасту, этнической принадлежности, гражданству, виду и расположению места содержания под стражей и недобровольного содержания, как это необходимо для мониторинга соблюдения Конвенции.

Интересен в докладе ответ России по поводу функционирования спецподразделения Следственного комитета РФ. Напомним, что в 2012 году правозащитники предложили главе СК создать подразделение, которое бы специализировалось исключительно на расследовании преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов. Инициатива правозащитников была поддержана, однако структура и численность спецподразделения делает невозможным своевременное и качественное расследование сообщений о пытках и жестоком обращении. В связи с этим Комитет задал России вопрос о дополнительном финансировании этого спецподразделения.

Власти РФ ответили, что «штатная численность отдела по расследованию преступлений, совершенных должностными лицами правоохранительных органов, Главного следственного управления СК России составляет 10 сотрудников. Выделение отдельных финансовых ресурсов для нужд отдела не предусмотрено».

По какой-то причине в докладе говорится о численности спецотдела лишь в составе центрального аппарата СК и не упоминается численность аналогичных спецотделов в окружных управлениях СК, ГСУ по Москве, Московской области и Санкт-Петербургу.

Как бы то ни было, даже неспециалисту понятно, что установленные структура и численность спецподразделений делают невозможным своевременное и качественное расследование всех поступающих сообщений о пытках и жестоком обращении. Речь может идти лишь о расследовании небольшого количества выбранных дел. Очевидно, что создание спецподразделения не изменило практику расследования сообщений о пытках.

Не обошлось в докладе и без комментариев о том, что «деятельность отдельных представителей правозащитных организаций имеет деструктивный характер, направленный на дестабилизацию обстановки в исправительных учреждениях».

Удивила статистика о том, что количество нераскрытых преступлений по фактам насильственных исчезновений в 2012 году составило 18, в 2013 году – 8, в 2014 году – 2, в 2015 году – 1.

При этом в докладе говорится, что в производстве следователей следственного управления СК РФ по Чеченской Республике в 2012 – 2015 годах расследовались 2 уголовных дела о нераскрытых насильственных исчезновениях людей, следственного управления СК РФ по Республике Северная Осетия – Алания 7 уголовных дел, следственного управления СК РФ по Республике Дагестан 17 уголовных дел, следственного управления СК РФ по Республике Ингушетия 3 уголовных дела.

Нам с коллегами очень любопытно, когда же были отнесены к категории раскрытых дела о безвестном исчезновении Асхабова, Сулейманова, Гайсановой, Айдамировых, Зайналова, Жебраилова, Элимхановой. И это только дела об исчезновении людей на территории Чеченской Республики.

Теперь у российских правозащитников есть год, чтобы к ноябрю 2017 года представить в Комитет совместный альтернативный доклад, который дополнит официальный отчет Российской Федерации, в том числе статистикой.

По итогам консультаций с российскими неправительственными организациями и рассмотрения официального доклада российских властей Комитет примет в 2017 году заключительные замечания, в которых укажет на существующие «пыточные» проблемы в России и представит властям РФ список рекомендаций, направленных на изменение ситуации».

Руководитель отдела международно-правовой защиты Комитета по предотвращению пыток Ольга Садовская:

«Я несколько раз участвовала в рассмотрении периодических и альтернативных докладов России в Комитете против пыток ООН. Самым результативным годом, когда власти были готовы слушать и прислушиваться к рекомендациям, был 2006 год, по итогам которого был создан Следственный комитет, на который мы возлагали большие надежды. К сожалению, многие наши надежды пока не оправдались, но, тем не менее, мы продолжим требовать от властей создания и функционирования эффективного независимого механизма расследования жалоб на пытки».

Справка:

Комитет против пыток является органом ООН , наблюдающим за выполнением государствами-участниками Конвенции против пыток . Все государства-участники, в том числе и Россия, обязаны каждые четыре года представлять Комитету доклады о соблюдении, закрепленных в Конвенции прав. Комитет изучает каждый доклад и излагает государству-участнику свои соображения и рекомендации в виде «заключительных замечаний».

Источник: Комитет по предотвращению пыток

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Пронин Дмитрий Евгеньевич

Пронин Дмитрий Евгеньевич

Координатор Gulagu.net, член ОНК Московской области

Я считаю, что законы Российской Федерации для всех граждан равны и их нужно соблюдать, тем более тем кто служит в ФСИН и МВД, они - лицо государства. И только реальный и честный общественный контроль может поменять неблагоприятную ситуации в ИК, СИЗО, ИВС и отделах полиции.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3145 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ