28 мая 2012, 13:49 4 комментария

Наша пенитенциарная система, как подводная лодка в автономном плавании…

Поделиться

Владимир Осечкин

Известный защитник прав заключенных Владимир Осечкин рассказал о том, как бороться с беззаконием в местах не столь отдаленных, как выжить в «красно-черном» мире и остаться при этом человеком.   

— Владимир, Вы создатель Интернет-проектов Gulagu.net и ОНК.рф (Общественная наблюдательная комиссия. – Авт.).

Для чего они были нужны?

Это Интернет-проекты против пыток и насилия. Gulagu.net — первая российская социальная сеть по уголовно-правовой тематике. Своего рода корпорация независимых правозащитников и родственников заключенных. Помните выражение «один за всех, и все за одного»? Это наше кредо. Нам важно объединить людей и придать им новые силы для их правозащитной деятельности. Что касается ОНК.рф, то это сайт, занимающийся контролем за обеспечением прав человека в местах лишения свободы. Он объединяет независимых общественных наблюдателей по проверке мест принудительного содержания России, где ведутся их блоги, открыто размещаются обращения граждан.  

— Как именно помогаете?

— В первую очередь мы предаём сам факт нарушения огласке, размещаем открыто обращение к нам по согласованию с теми, кто нам пишет. Бьют? Значит, кричите об этом. Вымогают? Срочно звоните и пишите. Если нарушение малозначительное — один из блоггеров пишет обращение в региональное управление ФСИН. Если нарушение значительное — то уже не один, а десятки блоггеров «атакуют» прокуратуру и ФСИН с обращениями. Результат почти всегда положительный. Иногда, конечно, мы сталкиваемся со «стеной» безразличия, бездействия. В таком случае мы уже обращаемся в Общественную Палату России, с членами которой у нас полное взаимопонимание. В отдельных случаях на место событий выезжают наши блоггеры, журналисты и члены Общественной Палаты. Своего рода «команда на выезд», задача которой - наладить систему гражданского контроля на местах.  

— Расскажите о последних ЧП.

— Их, увы, много. К примеру, в саратовской колонии № 13 в апреле заключенному Артему Сотникову конвоиры сломали позвоночник в двух местах…Он умер.  

— С чем связано такая жестокость? Казалось бы, на свободе все равны. Но как только попадешь за решетку, тебя перестают считать человеком?

— Это сложившийся менталитет. Многие надзиратели воспринимают заключённого как «врага народа», а себя - как защитника отечества. Однако большинство сотрудников колоний не имеют высшего образования, не знают элементарных норм и прав заключённых. Для них слово «право» — как красная тряпка для быка. Есть множество примеров, когда тюремщики фальсифицировали основания для водворения в штрафной изолятор человека только за то, что он писал жалобы. Но самое страшное, что само общество считает, что раз посадили, значит «за дело». И значит, человек должен быть «наказан». Очень важно разъяснять всем - обществу, самим заключённым, тем же охранникам колоний: в приговоре суда нет ни слова об унижениях и насилии, суд приговаривает человека только к лишению свободы.  

— То есть российские тюрьмы не способствуют исправлению осужденных?

 А можно исправить человека при помощи подзатыльников, пинков, ударов дубинками, лаем натравленных собак? Можно ли уверовать в лучшее, видя, как молодых и несмышлёных «опускают» и переводят в разряд «обиженных»? Можно ли исправиться, видя, как за взятки некоторые получают условно-досрочное освобождение по первому ходатайству?    

— В СССР заключенных так не били и не пытали?

— Конечно же, нет. Да, была идеология, было сложнее с передачами и свиданиями, но такого беспредела не было даже при ГУЛАГе. Радует, что не все тюремщики такие плохие. Много там работает и честных людей, которым просто больше некуда пойти работать. Но, увы, не они делают погоду в местах лишения свободы.    

— Вы сам отбывали наказание в местах не столь отдаленных. Наверное, после этого научились с первого взгляда различать, кто есть кто?

— Четыре года я провел по «заказному» делу в МЛС по «экономической» статье 159. На сегодня следователь, который вел моё дело, уже осужден, а прокурора и полицейского так же ждет суд. Эти годы стали для меня серьёзнейшей школой жизни. Я научился выживать без нормальной пищи и сна. Тюрьма научила разбираться в людях. Мне удалось пообщаться с сотнями заключённых, среди которых были и бандиты, и аферисты, и разбойники, и совершенно случайные люди - типа предпринимателей или гастарбайтеров. Нужно помнить, что все заключенные - прежде всего люди. Вне зависимости от их проступков. У всех есть неотъемлемые права на безопасность, уважение и неприкосновенность личности.  

— Уголовные понятия — уникальное российское явление. Будут ли отмирать со временем эти «понятия» или существующий ныне статус-кво между «черным миром» и «красным» сохранится и дальше?

Мне это деление на «красных» и «чёрных» никогда не было понятно. Есть общечеловеческие ценности и убеждения — нельзя обманывать, нельзя брать чужое, нельзя в глаза говорить о дружбе, а за глаза писать рапорты оперативнику о том, что было и чего не было. Думаю, такое деление на «красных-чёрных» в первую очередь нужно самому ФСИНу. К примеру, в «красных» есть целые отряды из заключённых, готовых в прямом смысле слова на всё по приказу оперативников. Или взять «чёрных». В таких колониях в каждом бараке-отряде есть несколько «обиженных», которые с утра и до ночи драят унитазы и подтирают полы. России нужна альтернатива — учреждения, построенные по новым принципам, созданные для тех, кто готов и хочет работать, но не за 200 рублей у станка от звонка до звонка, а не менее чем, скажем, за 5000 рублей. Где человек с дипломом высшего образования смог бы работать не руками, а головой. Но на создание таких учреждений нужна в первую очередь политическая воля.  

— Как выжить простому человеку в «красно-черном» мире?

— Наша пенитенциарная система - как подводная лодка в автономном плавании, как страна в стране, замкнутый мир, полный ужасов и тайн. В таком мире только о выживании и можно говорить. Правило №1 - всегда говорить правду родственникам и близким, не молчать. Это гарантия того, что те при необходимости смогут обратиться к правозащитникам, к прокурорам по надзору, в УСБ ФСИН, разместить информацию у себя в блоге, добиться огласки через СМИ. А если молчать, скрывать, бояться, то ничего не изменится. Проблемы надо искоренять всем миром, всем обществом. Что касается отношений между заключёнными, то тут это уже тема отдельного интервью.  

— В СИЗО вы сидели вместе с представителями «антифа». А в прошлом году вас видели на «Русском марше». Так вы за кого — за националистов или за антифашистов?

— Я помню, как в Можайское СИЗО привезли антифашистов Максима Солопова и Лёшу Гаскарова. Я узнал об этом на следующий день из «Новой Газеты», которую выписывал. Я понимал, что местные опера по просьбе центра «Э» начнут давить на мальчишек и принуждать их оговорить себя. Мне тогда удалось передать Максу мобильный телефон, и мы поговорили. Также я попросил тех, кто сидел с ним в камере и был поопытнее, чтобы они оградили мальчишку от давления и «наездов». А вот с Гаскаровым связаться не удавалось. Его посадили к «стукачам», которые прикрывались «блатными» понятиями и били его, вымогая деньги. Это происходило при поддержке начальника СИЗО и его зама по оперработе. В итоге, Гаскарова суд вообще оправдал. Так что парень прошёл через пытки и унижения, через коррупцию и вымогательство по судебно-следственной ошибке. Освободившись, я предал гласности все злодеяния этих сотрудников, и теперь в Можайском СИЗО новое руководство.   По поводу «Русского марша»: наверное, меня с кем-то перепутали, я никогда не принимал в нем участия. Считаю так: наши деды и прадеды отдавали жизни на войне, они не жалели сил и здоровья и сделали всё, чтобы настал мир. И вот теперь, спустя почти 80 лет, в нашем обществе появляются силы, которые хотят раскачать лодку. Такое нужно жёстко пресекать.  

— С тем же успехом можно сказать, что и вы в своей борьбой против беспредела ФСИН раскачиваете систему и лодку...

Мы никогда не работали деструктивно. Систему раскачивают те, кто бьёт и унижает заключённых,  кто вымогает деньги у заключённого в обмен на УДО или избавление от карцера по сфальсифицированным основаниям. Что касается нашего принципа «идти на пролом» и «рубить правду-матку», то тут согласен, в этом смысле мы пионеры, впервые жёстко выступившие против пыток, насилия и репрессий. Нам нельзя заткнуть рот, мы независимы ни от кого, кроме собственной совести. Мы не ждём «подачек», чьего-то разрешения что-то опубликовать. Нам не надо согласовывать наши действия и публикации. И мы свободны от политики. Наше дело не просто правое, оно правовое. Мы защищаем права тех, кто этого сам не может сделать.  

— В октябре прошлого года вы выдвинули предложение о страховании осужденных. Для чего это нужно?

— Для того, чтобы научить ФСИН гуманизму. Сейчас страхование может быть единственным инструментом защиты прав заключенных и ограждения их от пыток и насилия. В мае завершились переговоры с первой страховой компанией, которая решилась опробовать нововведение. Первые 50 страховых полисов были оформлены и выданы. Согласно им, жизнь и здоровье «арестанта» будут застрахованы от незаконных действий сотрудников ФСИН.  

— На прошлой неделе екатеринбургский милиционер был осужден на 7,5 лет лишения свободы за убийство задержанного. Это мало или много?

Конечно, это ничтожный срок за подобное. Это, по сути, предатель на службе у государства. Он носит погоны, а при исполнении своих обязанностей убивает задержанного. Таким действием он не только лишил жизни человека, но и отнял у общества веру в правоохранителей... Полагаю, вскоре наша страна столкнётся с еще большей проблемой

— когда из ворот колоний начнут выходить бывшие сотрудники правоохранительных органов, которым дорога на прежнюю работу «заказана». А что они вообще умеют? Стрелять, бить, убивать. Власть должна быть готова жёстко решать эту проблему.  

— Ваш тезка – Владимир Осечкин – один из пионеров русского бокса начала ХХ  века. Себя считаете бойцом? Верите ли в связь имен?

Пожалуй, это тот вопрос, который меня впервые застал врасплох. Верю в добро и в то, что буду, как и мой отец и дед, настоящим гражданином своей страны, буду стараться изо всех сил не подвести моих родных и людей, которые верят в меня и во всём поддерживают. Когда я только начинал активную деятельность против репрессий и пыток, в мой адрес поступали угрозы, меня предупреждали, что в карманах найдут наркотик или возбудят очередное «заказное» уголовное дело. Но я не сдался. Очень важно не бояться и идти вперёд, не ходить кривыми путями, не трусить и не делать подлостей. Как шутит порой Людмила Михайловна Алексеева, «мне уже за 80 и память не очень, но я всегда говорю правду, и мне не надо вспоминать, что я говорила год назад». Стараюсь у нее учиться. Но при этом у меня свой собственный путь — я иду напролом…  

 

Оксана ТРУФАНОВА

Источник: Lentachel.ru

Комментарии

ФЕФИЛОВА ЛАРИСА 29 мая 2012, 09:58

Мое мнение по страхованию: Страхование заключенных в таком виде, как предлагает Осечкин, бесспорно является профанацией и бизнес-проектом в котором он сам и заинтересован. Почему такие выводы, ну то, что заинтересован? Страничка на сайте, который создан Осечкиным: Страхование Заключённых.РФ ОТКРЫТО на ОНК.РФ, ну и судя по тому, как он рьяно пытается пиарить эту акцию.
В предложенном варианте, так называемого "страхования" указан один вид страхового случая: "Страховым случаем является несчастный случай, произошедший по вине сотрудника Федеральной службы исполнения наказаний".
А теперь скажите, когда действия сотрудников признавались незаконными? Да практический, никогда, только в крайних резонансных случаях, подавлением общественного мнения. Уголовные дела по факту убийства заключенных удается возбуждать с большим трудом, не говоря о побоях.
Практика такова, при применении физической силы, тюремщики сообщают в прокуратуру или с СК, где тут же "проводится проверка" и выносится решение, что физическая сила применена законно и обоснованно. Доказать незаконность действий, а тем более вину тюремщика, без длительной и мучительной судебной борьбы, невозможно. Но этим доказывание должны заниматься застрахованные лица. Так этой процедурой и без страхования можно.
Страховщикам же выгодно получить решение прокуратуры и СК и прикрываться этим решением как охранной грамотой для отказа в выплате.
Не думаю, что сам Осечкин не понимает, что доказать вину сотрудника невозможна в наших реалиях. Абсолютно беспроигрышный бизнес проект, т.к. страховые случаи не наступят никогда! Просто очередное вымогательство денег у родственников заключенных. Действительно, что вам жалко что ли 1700 "выкинуть на ветер", на курево в месяц больше тратите.
Конечно же институт страхования необходим, но не в таком виде.

ФЕФИЛОВА ЛАРИСА 29 мая 2012, 09:57

Во-первых, на счет "пионеров", далеко не первый, есть давно работающие сайты, на которых говорят правд у и помогают обратившимся: Фонд "В защиту прав заключенных" http://www.zashita-zk.org/ и Ассоциация независимых наблюдателей http://www.onk-ru.info/. Сайт "Ассоциация независимых наблюдателей" создан именно членами ОНК именно там работают и объединены реально работающие члены ОНК. При обращении через сайт Ассоциация независимых наблюдателей оказывается реальная помощь. Почему Осечкин назвал свой сайт ОНК.РФ до сих пор непонятно, так как никакого отношения к реально работающим ОНК не имеетникакого.. Кроме того, ст. 159 далеко не экономическая, а самое банальное Мошенничество Уголовный кодекс РФ: "Мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием,

Владимир, правда, как бальзам для души, так хорошо говорили!!! Спасибо от всего сердца! Да действительно, все сказанное правда. Человека видно по его делам, а не просто по словам. Вы делатель! Поклон до земли!!! С уважением Бунтова

Без высоких слов: читал интервью с задержкой дыхания - такое ощущение, что говорил сам. Правда от первого до последнего слова. Сильно, правдиво и с доброй злостью. Володя, мы с тобой!!!

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Пронин Дмитрий Евгеньевич

Пронин Дмитрий Евгеньевич

Координатор Gulagu.net, член ОНК Московской области

Я считаю, что законы Российской Федерации для всех граждан равны и их нужно соблюдать, тем более тем кто служит в ФСИН и МВД, они - лицо государства. И только реальный и честный общественный контроль может поменять неблагоприятную ситуации в ИК, СИЗО, ИВС и отделах полиции.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3184 обращения
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ