Осечкин Владимир Валерьевич

Член Совета по развитию общественного контроля при Комитете ГД по делам общественных объединений и религиозных организаций

19 мая 2012, 00:30 1 комментарий

ШИРОКО ЗАКРЫТЫЕ ГЛАЗА (из раннего))

Поделиться

 

Или "О преступлениях в сфере правосудия"   - Вы читали «Приключения Незнайки»? Помните историю с портретами? Всем нравились его карикатуры на других, в них подмечались явные недостатки изображенных. Но всем не нравились их собственные изображения. «Все портреты у тебя, Незнайка, хорошо получились, но вот мой портрет ты сними», как помню, говорили персонажи доброй книги.   - Правда глаза колет, вот к чему я. И поэтому правду, истину скрывают. Все. И следователи, и прокуроры, и, что самое страшное, судьи. Очень часто в Системе, а я это наблюдаю 4-й год, закрывают глаза на вопиющие нарушения УПК, закона «Об ОРД» (оперативно-розыскной деятельности), «О милиции». И что самое ЖУТКОЕ, закрывают глаза на преступления против правосудия.   - Здесь остановлюсь поподробнее, и попрошу вас, дорогие читатели, задуматься и, если сочтете важным и нужным, оставить свой коммент о том, что я вам расскажу.   - В части 4 статьи  29 УПК «Полномочия суда» записано: «Если при судебном рассмотрении уголовного дела будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия.., то суд ВПРАВЕ вынести частное определение или постановление, в котором обращается внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер».   - Неточности, размытости формулировок в УПК дают огромный люфт для самотолкования и коррупции. В УПК нет статьи «Обязанности суда», а только «Полномочия». И в этих «Полномочиях» сказано, что суд ВПРАВЕ вынести частное определение. Осознаете разницу «ВПРАВЕ» и «обязан»? То-то и оно! Вправе, это, как я понимаю: «Захочу — вынесу определение, погрожу пальчиком, а захочу – закрою глаза». То есть сама ч. 4 ст. 29 УПК уже в себе несет коррупционную и преступную составляющую. В случае обнаружения нарушений УПК операми и следователями, судья имеет право «закрыть глаза». И в случае обнаружения признаков совершения преступления судья тоже имеет право «закрыть глаза». Пресловутое: «Он сукин сын, но он — наш сукин сын».   - Ни для кого не секрет, что в стране есть ваши и наши. Есть те, кто борются с преступностью, и есть преступники. Например, борец с преступностью, начальник райУВД Евсюков. А есть и преступник, что установлено приговором. Вся страна его знает — Ходорковский. Один боролся с преступностью, а потом возьми и застрели несколько человек из незарегистрированного «ствола». А другой второй год подряд в суде рассказывает этой стране, что происходит на самом деле, «где мы живем и где наши вещи».   - Меня 4-й год содержат в СИЗО, объехал 8 раз 4 СИЗО Москвы и Подмосковья, ежедневно вижу РАЗНЫХ людей. Ну, не могут все — россияне, таджики, грузины, украинцы, белорусы — сговориться и врать одно и то же о произволе оперов, избиениях, выбивании показаний. Некоторые впервые после избрания меры пресечения в виде заключения под стражу из ИВС (КПЗ) в СИЗО приезжают со ссадинами, синяками, ушибами, переломанными ребрами, травмированными барабанными перепонками. И ведь этих забитых-несчастных в СИЗО привезли по решению судей. Ну, неужели судьи не видят побитых-помятых, как вы думаете? Видят, знают. Но! Закрывают глаза. Вспомнил название фильма Кубрика, оригинально и образно. А у нас в стране это повсеместно, мы живем с ШИРОКО ЗАКРЫТЫМИ  ГЛАЗАМИ…   - И вот, я думаю, рассуждения судьи таковы: «Ну, да, ну, приложили малость гастарбайтера бесправного, ну,  да ведь сейчас он в суде вину признает, стало быть, не зря его поначалу опера «раскололи». Ну, не хорошо, но эффективно, а я ему за это срок дам поменьше, все-таки опера его чересчур помяли».   - И статистика по раскрываемости бешеная, и количество законных приговоров. Все формально верно. А на практике?   - Думаете, только гастарбайтеров-нелегалов мутузят? Я видел и россиян, которых электрошокером пытали, и следы от наручников, не сходящие с рук неделями. После дыбы. Я и о себе могу рассказать, как из меня явку с повинной в убийстве более 12 часов выбивали в 2000 году, и про выбитые вместо явки 4 зуба, но не буду. Я не о себе.   - Почему судьи оправдывают оперов за избиения подозреваемых в совершении мелкой кражи? Кто страшнее — гастарбайтер, укравший из «Ашана» зимние ботинки в зимний морозный день, потому что его, нелегала, выкинули со стройки и «кинули» на зарплату за 3 месяца работы, или опер, вымещающий на «черных» всю злость за то, что он повидал в военных действиях в южных республиках? А ведь избиение подозреваемого — уголовно-наказуемое деяние, предусмотренное ч.2 ст. 286 УК, и это более тяжкое преступление, чем попытка полубомжа стащить обувку, предусмотренное ч.1 ст. 158 УК (кража) через ст. 30 УК (попытка).   - Что страшнее для общества — босоногий приезжий, который до увольнения с утра до ночи пахал за троих, что-то строил, создавал нечто, в чем будет кто-то жить? Или «оборотень», вымещающий свои низменные страх и комплексы на бесправном и беззащитном, прикованном к батарее наручниками? А ведь «жесткий прием» (когда при поимке подозреваемого «прессуют») – это лишь начало. Преступления, совершаемые на стадии следствия и суда, куда более циничные, латентные и опасные.   - Недавно по поводу реформы МВД прочитал в СМИ, что в зданиях милиции и суда ежедневно совершается самое большое количество преступлений. Преступлений против личности и против правосудия.   - Клевета, ложный донос, лжесвидетельство, привлечение к уголовной ответственности заведомо невиновного, фальсификация доказательств по уголовному делу, в цифрах это ст.ст. 129, 306, 307, 299, 303 УК РФ. А еще превышения и злоупотребления должностными полномочиями — ст.ст. 285, 286 УК РФ.   - И если следы побоев, ушибов, травм и переломов обнаружить и зафиксировать достаточно просто (при наличии бесстрашного защитника, а не трусливого слизняка), и на факте поймать за это опера, то следователя на факте поймать почти невозможно. Нужна воля, желание, и указание «сверху».   - Вот пример. Приходит к следователю человек, его имущество арестовано по делу. Следователь ему в двух словах объясняет: налево пойдешь (оговоришь нужного человека, уже зэка) — имущество вернешь, направо пойдешь (скажешь, как было на самом деле) — имущество потеряешь. Например, у меня по делу такие случаи были. С человеком были чисто гражданско-правовые отношения, договор. Его папа даже был у меня адвокатом первое время, изучил суть дела и сбежал. А сын его «пошел налево», чтобы машину вернуть. И придумал с подачи следователя сказку, что в автосалон он свой автомобиль поставил не на продажу, а на хранение, как на платную парковку. Вот и вышло, что продажа его машины – вдруг — стала растратой (ст. 160 УК). А про то, что договор был с правом реализации, человек этот умолчал. Вот и получилось, что следователь, шантажируя имуществом, получил от него то, что хотел.   - В его действиях усматриваются признаки преступлений, предусмотренных ст.ст. 299, 303, 309 УК – привлек к уголовной ответственности заведомо невиновного (т.к. из сделки придумал событие преступления), сфальсифицировал доказательство обвинения и путем шантажа принудил человека к даче недостоверных сведений и сокрытию правды, истины. Стало быть, и человека он подтолкнул на лжесвидетельство (ст. 307 УК) и заведомо ложный донос (ст. 306 УК). Ну, и как, скажите мне,  таких можно поймать? Да и кому надо раскрывать эти преступления? Мне — зэку? Да, но на меня  Системе наплевать. Взять с меня нечего, я не «взяткодабельный»,  ноль без палочки.   - Проблема в том, что Система устроена по-бандитски. Она не думает, не умеет признавать свои ошибки, нет у нее «задней скорости ». Вот основная проблема. Система работает для статистики, которую в виде официальных докладов и отчетов предоставляют первым лицам государства. От отчетов и статистики зависит, сколько государство выделит Системе денег. И если будет плохая статистика, то предоставляющие эту статистику могут в лучшем случае лишиться денежных средств на закупку новых лимузинов последней серии (что уже само по себе повлияет на имидж и подорвет авторитет), а в худшем – лишиться поста, и тогда о лимузинах последней серии придется навсегда забыть.   - Зачем я вот так вот долго все это нудно описываю?  Для того, чтобы каким-либо путем довести до первых лиц государства простую идею. Очевидно, что Система оказалась прочнее, чем это казалось в 2008 г. нашему президенту. Но есть рецепт. Необходимо на уровне первых лиц государства дать сигнал Системе не к «охоте на оборотней», а к борьбе с преступлениями против правосудия. Вот что важно. После объявления войны наркоторговцам  все тюрьмы и лагеря переполнили обвиненными о ст. 228 УК, каждый день суды конвейером арестовывают и приговаривают за наркотики, по большей части выходцев из Таджикистана. Уже сама национальность является главным доказательством. Выносятся приговоры, и если суммировать, то получаются тонны героина. Но почему-то на аналогичных весах не возбуждаются дела по контрабанде, никто не расследует происхождение этого героина. Да, наркотики — зло. Страшная штука.   - Но преступление против правосудия еще страшнее. Несправедливые, необоснованные приговоры выжигают душу осужденному, рушат идеалы, опускают руки и убивают веру в правосудие. И не только зэку. Зэк — не сам по себе. Есть семья, друзья, окружение. И из-за преступления против правосудия, совершенного клеветником, лжедоносчиком и следователем-«фабрикантом» (у которого в шкафу белых ниток больше, чем совести), умирает вера в правосудие у десятков, а то и сотен. Из-за подобного люди все продают и уезжают. И уезжают не те, которым терять нечего (у них и уехать-то не на что), а уезжают способные работать и зарабатывать. Из страны уезжают не из-за однопартийной системы и сильных морозов, а из-за произвола, из-за несправедливости и беззакония.   - А я уезжать не хочу. Я вот хочу, чтобы государство стало правовым!!! Вот поэтому я и прошу: введите, уважаемые первые лица государства, палочную систему или рейтинги с показателями, или как еще там можно это назвать, но дайте задание УСБ ФСБ, СК при прокуратуре РФ, ДСБ МВД по раскрытию преступлений против правосудия. И дайте задание судьям, ну, или попросите их реагировать на обнаруженные признаки составов преступлений в ходе судебных заседаний. Ибо то, что они «ВПРАВЕ»  в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК, необходимо возвести в ранг «ОБЯЗАНЫ».   - Необходимо создать систему премий, бонусов, поощрений за выявленные в ходе судебного следствия нарушения УПК и законов, в том числе УК РФ, допущенные и совершенные  дознавателями, следователями, прокурорами, потерпевшими, свидетелями. К примеру, 1000 долларов за нарушение УПК или 2000 долларов за нарушение чьего-либо конституционного права. И по 100-200 тысяч рублей за выявленные преступления. Конечно, я идею упростил, но смысл есть. И УК, и УПК у нас более-менее. Вполне демократичные, но повсеместно нарушаемые. Вполне логично и справедливо премировать судей за подобное. Суды — наш последний рубеж. И его надо УКРЕПЛЯТЬ.   - Можете представить судью, который ездит на бронированном авто S-класса, имеет 2 телохранителей, зарабатывает в месяц 500-800 тысяч рублей. Такой судья – гроза всех «оборотней», к нему не подступиться. Он защищает закон. Мимо него не пролетит и муха, за малейшее нарушение, допущенное прокурорами и следователями, он выносит частное определение, обязует исправить. И при этом судья прямо заинтересован в обнаружении всех нарушений и преступлений, заинтересован материально. Никто не посмеет такому судье подсунуть заказное дело. Ибо заказное — это масса тяп-ляпов, фальсификаций, лжи. И для судьи это — доход в 2-3 млн рублей. Он будет счастлив оправдать невиновного и заработать на виллу в Испании или Сочи. Кстати, между прочим, это одно из 2 основных назначений уголовного судопроизводства. Не в смысле виллы в Испании, я не об этомJ) В соответствии с п.2 ч. 1 ст. 6 УПК назначением уголовного судопроизводства является защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.   - Именно поэтому необходимо напомнить судам, дать им указание «сверху», раз уж суды зависимы (это не я, это в СМИ, повсеместно), чтобы защищали не только потерпевших, но и необоснованно обвиненных, и выполняли оба пункта ч.1 ст. 6 УПК!   - И еще 2 рацпредложения:   - 1. Установить web-камеры и камеры видеонаблюдения с записью во всех кабинетах и коридорах зданий УВД, с доступом просмотра суду, прокуратуре и УСБ. Что это даст? Прозрачность и контроль над работой органов дознания и следствия.   - В Системе работают не только «оборотни». В Системе работает много умных, достойных профессионалов. И они в первую очередь страдают от произвола «оборотней». Ведь негатив и критика обрушиваются на всех сотрудников милиции. При этом нарушителям служебного долга на это наплевать, у них совести нет. А вот порядочные люди, настоящие милиционеры, работающие по совести, сильно переживают, кто-то уходит из-за этого, не выдерживает, а кто-то озлобляется. Если человеку 100 раз сказать, что он свинья, то он ведь захрюкает. Так и тут.   - К примеру, кабинет оперуполномоченных.  И в нем 3 стола. За одним — честный, неподкупный милиционер. За другим — тот, кто всегда в засаде. И третий, чьи методы дознания далеки от закона. Везде есть круговая порука, и «стучать» везде плохо. Вот и получается, что нормальному милиционеру либо приходится мириться с произволом соседа по кабинету, либо «стучать». И даже если он не сможет это терпеть, то либо ему надо перевестись, либо «настучать». А об этом через неделю-другую все узнают. Поэтому самый нормальный опер смиряется с произволом коллеги, тем более, что у того раскрываемость лучше, и соответственно руководство ценит его больше. Сколько нормальных милиционеров сейчас терпит, смиряется, «закрывает глаза»?   - Установленные web-камеры, системы видеофиксации в кабинетах раз и навсегда положат конец пыткам, избиениям подозреваемых, выбитым явкам с повинной из невиновных. Положат конец и нелицеприятным разговорам о гестаповских методах дознания, существенно улучшат имидж милиции, вернут обществу светлый образ милиционера.   - Но самое важное — повысятся реальные показатели раскрываемости преступлений, повысится эффективность работы милиции. Из-за невозможности применять незаконные методы дознания часть сегодняшних нарушителей  и преступников (против правосудия) уйдет из органов, а часть – вынужденно научится работать в соответствии с УПК, законами «Об ОРД» и «О милиции». А честные, совестливые настоящие милиционеры (а не менты) вздохнут с облегчением. Их эффективная работа будет очевидна, их реальные «палки», рейтинги будут выше. От прозрачности, открытости станет хуже, почти невыносимо только тем, кто сейчас нарушает законы, превышают полномочия  и злоупотребляют «корочками».   - Конечно, «оборотней» это не остановит полностью, кого-то они будут мутузить в лесу, на дачах, но это уже будет совсем вне закона, и на это уже пойдут отчаянные единицы.   - 2. И второе предложение: установить web-камеры и системы видеофиксации в залах суда, что уже успешно опробовано в Хамовническом райсуде г. Москвы на процессе по делу Лебедева/ Ходорковского.   - Согласно ст. 241 УПК «Гласность» разбирательство уголовных дел ВО ВСЕХ СУДАХ открытое, за исключение дел  о государственной тайне, несовершеннолетних и по изнасилованиям (это понятно). Таким образом, любой желающий (слушатель, студент юрфака, журналист и т.д.) имеет право посетить любой судебный процесс. В том числе это и способ общественного контроля. Но в дневное время наши граждане работают и не могут попасть на судебное заседание. А вот с помощью web-камеры и базы данных с записями любой сможет просмотреть то, что его интересует.   - К тому же зачастую протокол судебного заседания не в полной мере отражает происходящее в суде. И судья, и секретарь — люди. К примеру, подсудимый в клетке проведет рукой по горлу, будет угрожать свидетелю, а секретарь смотрит в монитор, судья что-то записывает, гособвинитель не увидит из-за спин адвокатов. Факт  угрозы был, свидетель напуган, а суд «не увидел». Или еще вот: стоит псевдопотерпевший и врет, лжесвидетельствует. Глаза бегают, краснеет, потеет. Любой специалист-психиатр (психолог или как еще там) даст заключение, что товарищ врет, но в сухом протоколе этого нет. Тем более, что современные технологии позволяют расшифровывать голос свидетеля и заносить все его показания с точностью до буквы.   - Вот образный пример: свидетель говорит: «Я подсудимого НЕ видел на месте совершения убийства». А за окном гром, а  в коридоре суда стул упал, а прокурор кашлянул — и всё! Секретарь не расслышала только 2 буквы – «НЕ», и содержание показаний, занесенных в протокол, кардинально изменилось. Из свидетеля защиты человек превратился в свидетеля обвинения. А ведь от этого зависит судьба человека, долгие годы жизни, и справедливое разрешение дела.   - Запись на видео судебных заседаний сделает процесс более прозрачным, в полной мере ГЛАСНЫМ. Если сегодня на секретаря или судью, хоть и крайне редко, можно надавить и принудить (у спецслужб и реальной организованной преступности методы есть) изменить протоколы судебных заседаний, то есть совершить уголовно-наказуемое деяние (ст. 303 УК), то web-камеры и запись в банк данных сделают данное преступление НЕРЕАЛИЗУЕМЫМ, а угрозы и давление на секретарей и судей — бессмысленными.   - Я, осознавая заказной характер дела в отношении меня и высокопоставленных потерпевших, могущество заказчиков, выбрал коллегию из трех профессиональных судей. Я не сомневался в порядочности и профессионализме одного судьи (федеральный судья Алябушева М.В.), но я боялся за судью-женщину, предполагал возможное давление. И, с целью защитить себя и суд, выбрал 3 судей. То, что происходило в зале, слышали 3 судьи, ВСЁ видели, ВСЁ понимали, и какие бы ни были желания и соблазны у заказчиков, надавить на 3 судей было бы не реально. Но, будь web-камеры и запись в зале, надобность в 3 судьях отпала бы. И мне не пришлось бы занимать время дополнительных 2 судей на протяжении всего процесса с ноября 2009 г. по июль 2010 г.   - Для сравнения и аналогии расскажу о 2 ярких примерах использования камер видеонаблюдения и положительного эффекта в Системе.   - Первый. СИЗО «Медведь» — новый корпус, введен в эксплуатацию в конце 2008 г., все камеры оснащены системой видеонаблюдения. В этих камерах почти все требования ФЗ-103 выполняются, нет переполненных камер, перелимита, тесноты. Можно сказать — образцово-показательная тюрьма. Почти что гостиница. Мне есть с чем сравнивать, поверьте.   - Второй. ИВС УВД Красногорского МР МО. Введен в эксплуатацию в феврале 2010 г. Современное здание, отличные (если так можно выразиться) условия содержания. В коридорах — видеокамеры. Теперь ни один опер не имеет права доступа к камере, невозможно подойти даже к заключенным и оказать не то, что физическое, даже психическое воздействие. Камеры видеонаблюдения дисциплинируют, а заключенные чувствуют себя в ИВС, как в гостинице или больничке. Руководству ГУВД МО отдельное спасибо за новое здание ИВС, в новом ИВС можно спокойно готовиться к участию в суде и отдохнуть после напряженного дня в суде.   - Проект оснащения зданий милиции и судов системами видеонаблюдения, web-камерами — дорогостоящий, весьма и весьма. Но – не дороже денег. А деньги не сопоставимы с жизнями, здоровьем людей, с конституционными правами граждан. И это – необходимая плата за победу правосудия и права над коррупцией и произволом.   - Ну, и уж если быть хитромудрым Одиссеем, то, чтобы пристроиться в фарватер приоритетных госпроектов, можно назвать данный проект инновационным. К тому же серьезный госзаказ на видеокамеры, кабели, волокна, электронные системы, программное оборудование позволит технопаркам существенно увеличить свои обороты и доходы. Вышеуказанные рацпредложения позволяют убить 2-х зайцев одним выстрелом:   - 1. Сделать судебно-милицейскую систему прозрачной, очищенной от нечисти и преступников.   - 2. Внедрить инновации в Систему, модернизировать + обеспечить госзаказ для технопарков.   - Стоит внедрить вышеизложенные инновации и новые технологии, и  тогда вместо «широко закрытых глаз» наша правоохранительная система и система правосудия станут открытыми, а государство – по-настоящему демократичны

Комментарии

Ребята, я написал ЭТО ещё в Можайском пыточном СИЗО, без нормального света и без стола, на коленке, о веб-камерах в 2010г. А 7 мая 2012г. ВВП подписал Указ №601 о веб-камерах и он-лайн трансляции в судах..... Всё меняется. И мы тоже не сидим сложа руки))

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Павлюченков Алексей Андреевич

Павлюченков Алексей Андреевич

Член ОНК Московской области, координатор Gulagu.net

Я хочу защищать права людей. В нашей стране права человека нагло попираю те органы власти, которые обязаны их охранять. Человек попавший в места заключения фактически  лишен возможности самостоятельно защищать свои права, я чувствую в себе силы и возможности помогать таким людям. Так же пытки над над заключенными и нарушение их прав это одно из звеньев большой коррупционной машины, которая живет за счет взяток, заказных уголовных дел и вымогательств и все это происходит при попустительстве органов власти.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3202 обращения
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ