Пантелеев Борис Еремеевич

Ответственный секретарь ОНК по СПб (в четвертый созыв ОНК СПб не прошел)

12345.6899@bk.ru 8-905-265-02-45
28 июня 2012, 12:53 нет комментариев

Полицейских отучили ловить наркотики

Поделиться

Сыщики обвиняют надзор в схоластике, прокуроры взывают к теории права. Система скрывает противостояние до самозабвения. "Фонтанку" не беспокоили бы ведомственные распри, если из-за показательных амбиций потерпевшими не оказались горожане.

Как бы госслужащий ни думал о своих способностях, оценивают его работу по труду, зафиксированному в заранее установленных показателях. Это и есть "палочная" система. Она влияет на все органы власти. Всюду и по-разному. Просто полицейская статистика прозрачнее, понятнее и ближе нам, чем, например, медицина или ЖКХ. В таких лабиринтах учета и контроля мы разбираемся, но в периоды холодов/болезней и без столь присущей нам самоуверенности. Местные традиции измерений результатов тоже не последний фактор в этом сне разума.

Беспощадные недра

Летом 2010 года в недрах Генеральной прокуратуры возникла идея, нацеленная на укрепление буржуазной законности в масштабах всей страны. Новый виток анализа преступлений, связанных с наркотиками, должен был, по замыслу инициаторов, не только правдиво показать уровень национальной опасности, но и заставить полицию реформировать свое отношение к действительности.

Суть модернизации с точки высшего надзора понять немудрено: если у гражданина обнаруживается наркотик, значит, он его приобрел, следовательно, во имя торжества ленинского принципа неотвратимости наказания необходимо автоматически возбуждать уголовное дело по сбыту в отношении неустановленного лица. Доктрина, не противоречащая азам формальной логики уровня первого курса юрфака, уже через год парализовала работу уголовного розыска. Беспощадность восторжествовала, но в отношении здравого смысла.

Причем произошло это в отдельно взятом субъекте Федерации. Очевидно, благодаря неукоснительной энергии заместителя прокурора Петербурга Игоря Резонова, которому и было поручено доводить указание до мыслимых пределов.

Подсчитанное дно

Бахрома полицейской казуистики - не строевой устав Вооруженных сил. Разобраться тут можно и в предпенсионном возрасте.

Обнаружение наркотиков влечет за собой возбуждение уголовного дела по части первой статьи 228 УК, что, согласно закону, является преступлением средней тяжести и расследует эту категорию дел - дознание. Показатели устроены так, что в зачет уголовному розыску эти раскрытия не идут - это зона ответственности полиции общественной безопасности. Точно так же, как и прямо не влияет первая часть на общую раскрываемость.

Нововведенный алгоритм заставляет при каждом изъятии возбуждать "глухое" уголовное дело в рамках части четвертой все той же статьи 228 УК. А эта часть признана законодателем особо тяжкой, относится к статистической графе уголовного розыска непосредственно и тянет общие показатели по всем видам нарушений на дно.

Согласно данным петербургского главка, "за пять месяцев 2012 года на территории Санкт-Петербурга приостановлено тяжких и особо тяжких преступлений - 5386. Из них по факту сбыта наркотиков неустановленным лицом приостановлено 1796 преступлений" (из отчета ГУ МВД в центральный аппарат). Если в переводе на язык сложившейся практики, то потуги выправить кривую раскрываемости утоплены в слогане "сколько фактов хранения, столько и сбыта".

Любопытно, что прокурорский почин был рассчитан на всю Россию, а накрыл лишь город на Неве. Так, за прошлый год (согласно цифрам, также переданным нам в МВД РФ) рост по Москве "глухих" уголовных дел по факту сбыта наркотиков зафиксирован в 4 процента, а в Санкт-Петербурге - 104 процента. Как тут не подсчитать: согласно отчетному мнению, в столице торгуют наркотиками в 26 раз меньше, чем в Питере.

Цепной саботаж

Таким математическим образом сложилась ситуация, в корне отличная от той, что была зафиксирована на двери лаборатории познания бесконечности в повести "Понедельник начинается в субботу". Стругацкие предположили - "работай - не работай: все едино". На территории Петербурга атмосфера мрачнее: чем больше оперативники изымают наркотиков, тем больше получают особо тяжких "глухарей", тем хуже выглядят в глазах руководителей самого высшего звена.

Если с осени 2010 года наблюдалось (незаметно обывательскому взгляду) снижение задержаний, то с середины прошлого года, когда полицейские на земле уткнулись в стену государства и права, включалась самозащита в виде цепной реакции. В теории это именуется ложно понятыми интересами службы. На практике доказать саботаж нереально.

Сегодня уголовный розыск не подходит и близко к человеку, в кармане которого лежит наркотик.

Передозировка бонусами

Разумеется, на эту тему в формате заслушиваний и совещаний руководители городской прокуратуры и полиции говорили неоднократно. То же самое дублировалось и на всех районных уровнях. Тем не менее, диспуты сводились к антагонизму философий. Прокуратура убеждена, что таким образом заставляет работать офицеров, а окопная правда обвиняет советников юстиции во вредительстве. Причем в результате перепалок бонусы достаются наркодилерам.

Пресса к дискуссиям не допускается. На прямые вопросы руководители горрайорганов исполняют невладение темой.

Из полугодового отчета петербургского главка по линии незаконного оборота наркотиков (НОН) видно, что число зарегистрированных преступлений по городу - 4863, а приостановленных за сбыт - 1743. Несмотря на то, что именно последняя цифра кардинально влияет на конечный результат, полиция пытается найти инновационный выход.

Возбужденная дозировка

Задержаниями и изъятиями занимаются последний год только сотрудники патрульно-постовой службы и участковые инспекторы. Им это надо самим в рамках своих показателей. Наркотики в карманах им отданы на откуп. И, несмотря на то, что после каждого удачного задержания уголовный розыск получает "подарок", система еще не распалась. Полицейские пока не дошли до того, чтобы препятствовать коллегам из службы.

Заодно у руководителей районных полиций наблюдается раздвоение сознания: часть его борется с прокурорским подходом, другая понимает, что именно наркоманы делают погоду на их территориях. Хотя в некоторых районах надзорное рвение буквально настаивает на развитии кафкаианского сценария. Так, в начале 2012 года районными прокуратурами подняты сотни материалов с отказами в возбуждении уголовных дел по факту обнаружения трупов с диагнозом "передозировка", после чего в районы направлены сотни уголовных дел в отношении тех неизвестных, кто этой дозировке способствовал.

Канцелярский глаз

Если посмотреть вооруженным глазом, то удручающая статистика - часть проблем. По каждому "глухарю" опер должен и заводит оперативно-поисковое дело. Согласно приказам заполняет кучу бланков, пишет липовые планы, делает вид, что нацеливает агентуру и далее по скучному списку. Следователь же занимается тем же, но уже в процессуальном русле. Он кого-то механически допрашивает, приостанавливает и возобновляет, дает поручения и сам в них не может поверить.

Летают по их кабинетам бумажки, бумаженции и бумажищи. Это давно не раздражает, от этого тупеют, зная, что в конце концов им сунут под нос неудовлетворительную оценочную таблицу.

И, конечно же, в этой макулатуре роются проверяющие. Они находят недостатки и требуют устранить их вовремя. Особенно важно, чтобы в рабочих тетрадях у сыскарей были отметки об обсуждении последних веяний. Последних примерно по червонцу за сутки. Такова канцелярская жизнь.

Полированный абсурд

Отдельные начальники розысков пытались довести ситуацию до абсурда. За длинными полированными столами они предлагали возбуждать уголовные дела не только по сбыту, но и по контрабанде, раз наркотики как-то пересекли границу. Добились немногого. В последнее время, если уголовный розыск привлекает наркоторговца именно за продажу, то автоматически возбуждается еще одно уголовное дело по следующему сбыту. Заодно таможенное ведомство затаило недоброе.

Не исключено, что у кого-то есть мечта - по цепочке дойти до колумбийских баронов. Пусть и в виде неустановленного картеля.

Что касается выявлений сбытчиков вне всесокрушающего большого рывка, то, согласно той же сводке ГУ МВД, за первую половину 2012 года сотрудники уголовного розыска задокументировали 944 эпизода сбыта наркотиков. За что, разумеется, получили примерно столько же "глухарей" следующего уровня.

В отдельно взятых коллективах помогает полицейская смекалка: как правило, при реализации материалов оперативники делают несколько контрольных закупок. Одну положенную, а следующую, чтобы обнулить неумолимо надвигающийся "глухарь" по сбыту на сбытчика. Таким образом, они фиксируют два сбыта, а им вешают один глухарь.

Этика войны

Крайне занимателен еще факт: общая беда позволила впервые за историю капиталистической милиции сформировать настоящие корпоративные нормы этики. Хором и по умолчанию тысячи оперуполномоченных договорились, что не будут у задержанных брать те объяснения, которые позволят перебросить сбыт на соседнюю территорию. Причина понятна: "футбол" обязательно приведет к войнам, а это распад.

История не об этом, но все же необходимо напомнить, что в штабах МВД десятилетиями тщетно бьются над вопросом коллективного самосознания. В такой кавер-версии это напоминает удачный эксперимент неустановленного генпроксоциолога.

Шарада

- Коп должен страдать.

- Так нам и надо.

- Абсурд эффективней госдепа.

- Закрыть прокурора Литвиненко[1] и генерала Умнова[2] в одном помещении, не выпускать, пока не договорятся.

Поставьте галочку или добавьте свой вариант.

Справка:

В уголовном розыске 21 направление работы. По линии НОН в структуре УУР создана оперативно-розыскная часть, состоящая из двух отделов. Численность ОРЧ - 52 сотрудника, начальник - Евгений Нигматуллин. Также, в каждом районе созданы группы по два-три оперуполномоченных.

В Петербургском управлении ФСКН служит около тысячи человек, из них 350 оперативников, 50 следователей, в управлении есть самостоятельные службы специально-технических мероприятий и скрытого наблюдения. По идее, Госнаркоконтроль занимается глобальными вопросами, связанными с наркотрафиками и производством в лабораториях.

Также в недрах Службы экономической безопасности питерского УФСБ замечены сотрудники, чьи функциональные обязанности как-то связаны с борьбой с наркотиками. Но о них мало что знает даже "Фонтанка".

Несмотря на все силы и методы, количество наркозависимых растет, и спрос не снижается.

Евгений Вышенков, "Фонтанка.ру"



[1] Литвиненко С. И. - Прокурор Санкт-Петербурга государственный советник юстиции 2 класса, заслуженный юрист Российской Федерации, «Почетный работник прокуратуры РФ», награжден нагрудным знаком

 

[2] Умнов С. П.  - Начальник ГУ МВД России по г.Санкт-Петербургу и Ленинградской области, генерал-майор полиции

 

 

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Почему я занимаюсь правозащитой и общественным контролем в тюрьмах?

Пронин Дмитрий Евгеньевич

Пронин Дмитрий Евгеньевич

Координатор Gulagu.net, член ОНК Московской области

Я считаю, что законы Российской Федерации для всех граждан равны и их нужно соблюдать, тем более тем кто служит в ФСИН и МВД, они - лицо государства. И только реальный и честный общественный контроль может поменять неблагоприятную ситуации в ИК, СИЗО, ИВС и отделах полиции.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3267 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ