Пантелеев Борис Еремеевич

Ответственный секретарь ОНК по СПб

12345.6899@bk.ru 8-905-265-02-45
15 апреля 2013, 15:18 нет комментариев

Общественная претензия - избиения и издевательства над осужденными ИК-18, поселок Харп, ЯНАО

Поделиться

«Комитет за гражданские права» открыто обращается к Следственному Комитету РФ и Генеральной прокуратуре РФ о проведении совместной проверки сотрудниками именно этих инстанций, деятельности руководства исправительного учреждения ИК-18, п. Харп Ямало-Ненецкого автономного округа («Полярной совы»), и руководства УФСИН России по ЯНАО. Наша организация в рамках своих возможностей обобщила сведения о пытках, бесчеловечном обращении с осужденными к пожизненному лишению свободы, содержащихся в этом учреждении.

ИК-18, Харп, ЯНАО: пора прекратить использовать колонию под пыточный полигон!


Есть вопрос и о том, что происходит в ЯНАО с бюджетными средствами, которые выделяются и которые, в том числе, должны направляться на поддержание учреждения, исполняющего наказание, в цивилизованном виде. «Пыточный полигон», в который превратилась колония в Харпе, уже привел к совершению тяжкого преступления, расследование которого недавно закончил Следственный Комитет. Преступление совершено высокопоставленным сотрудником ИК-18 в соучастии с осужденным. Последствия этого преступления охватили многие регионы России; до сих пор неизвестен ущерб, который нанесен. Об этом будет сказано ниже.
Поэтому, мы считаем, что проверка должна проводиться в рамках возбужденного по ч. 3 ст. 286 УК РФ, уголовного дела.

# # #

Чуть более года назад «Комитет за гражданские права» обратился к Следственному Комитету о принятии мер по защите осужденного к пожизненному лишению свободы Журавлева В.В., который дал изобличающие показания в отношении оперуполномоченного ИК-18, Харп, Сандркина Ю.П. Ходатайства Журавлева об обеспечении ему мер безопасности были удовлетворены 24.02.2012 года. Кроме того, согласно сообщения в наш адрес от старшего следователя 1-го СО СУ СК РФ по УрФО Д.С. Корешникова от 13.03.2012 года, Журавлев будет переведен для дальнейшего отбывания наказания за пределы Ямало-Ненецкого АО.

В этом же сообщении следователя указано, что Журавлев является пособником оперуполномоченного, а в результате их преступной деятельности у осужденных к ПЛС в ИК-18 было отобрано 32 ложных явки с повинной.

Мы выражаем, от имени общественности, благодарность 1-му отделу СО СУ СК РФ по УрФО, следователи которого первыми обратили внимание на систему появления подробных признаний от осужденных, которые при более тщательном расследовании оказывались ложными. Безусловно, следователи проявили принципиальность в расследовании этого резонансного преступления.

Вместе с тем, расследование всей преступной деятельности должностных лиц, в ведении которых так или иначе находится ИК-18 в ЯНАО, начато не было.

Эпизод получения явок с повинной Сандркиным и Журавлевым - крошечное звено в пыточном конвейре, в который правоохранительные органы ЯНАО превратили «Полярную сову». И этот конвейр даже не заметил выпадения указанного одного звена. Имеются сведения о том, что в ИК-18 получение ложных явок с повинной продолжается. Просто используются они, вероятно, не столь принципиальными следователями в других регионах.

На протяжении 2012 года, пока Журавлев В.В. находился в СИЗО-1 города Екатеринбурга, где проводилось расследование, в нашу организацию поступило несколько писем этого осужденного. Он признавал, что содействовал оперативнику в «выбивании» из других осужденных явок с повинной, правда - его принуждали делать это. В частности, Журавлев угрожал посаженным к нему в камеру, переводом в «пресс-хаты», переводом в камеры к осужденным-гомосексуалистам, совершающим насильственные сексуальные акты по отношению к осужденному, который подсажен к ним и от которого требуется получить ложное признание и т. п. Если осужденный все равно отказывался писать явку с повинной - именно такой перевод и осуществляла администрация ИК-18. Таким образом, к преступлению причастен не только обвиняемый оперативник, а многие сотрудники колонии в Харпе, и многие другие осужденные.


Эти же сведения содержатся в открытом обращении осужденного Кузнецова, который тоже является фигурантом уголовного дела - он давал порядка 30 ложных явок с повинной. Опубликовано здесь: http://vkapkane.net/forum/theme-ik-18-pharp-osobyy-rezhimrecidivisty.
Такие же пояснения дает осужденный Голбан, опубликовано здесь: http://www.novayagazeta.ru/inquests/57308.html?p=4.
Так, Голбан утверждает, что помимо Сандркина, его избивали палками и пытали электротоком еще 4 сотрудника ИК-18.


Сотрудников колонии никто не принуждал применять истязания и издевательства. Они делали это из собственных преступных интересов, а может - и из садистских наклонностей. Вероятно, все они продолжают трудиться в системе ФСИН России, извращая принципы охраны правопорядка и соблюдения законности.

Далее, Журавлев сообщил о том, что, пока оперативно-следственные действия в рамках расследуемого уголовного дела проводились с ним в пределах ЯНАО, он неоднократно был вызван другими оперативными сотрудниками для «бесед». Он пояснил, что его принуждали не давать изобличающих показаний в отношении других работников ИК-18, «валить все на Сандркина». И ему приходилось молчать. Журавлев настаивает, что объективность расследования половинчата: ложных явок с повинной было добыто гораздо больше (190 явок), а применялось незаконное воздействие на заключенных не только Сандркиным, но и другими сотрудниками ИК-18.

К одному из своих писем Журавлев приобщил копию жалобы осужденного из ИК-18, Воробьева Алексея Петровича, 1985 г.р., от 27.08.2011 года, написанную на имя Генерального прокурора РФ. Несколько экземпляров этой жалобы вывез из ИК-18 Журавлев при этапировании в СИЗО-1 Екатеринбурга. С Воробьевым А.П. Журавлев находился в одной камере незадолго до этапирования.

В жалобе, в частности, указано следующее.


1. Осужденных регулярно избивают сотрудники колонии. Так, 20 мая 2011 года Воробьев и Журавлев были избиты инспектором Дадашовым; 11 июля 2011 года они же были избиты неким майором Борисовым, который пообещал убить осужденных путем повешения. В этот же день были избиты двое других заключенных - Тихомиров Сергей и Сулханов Зелимхан. Причины применения физического воздействия могут самыми разными. Например, 11.07.2011 года заключенных били за «тихий доклад» при входе сотрудников в камеру. Журавлев, Тихомиров и Сулханов обратились о снятии побоев к фельдшеру, однако та отказалась их зафиксировать. После этого, к камерам подощли сотрудники колонии и сказали, что если еще раз позовут врача - «получат еще».
2. При выводе из камеры - например, на прием к начальнику колонии - осужденного могут несколько часов продержать в «боксе», стороны которого по 40 см., высотой этот ящик около 1 м. 80 см. Пребывание в боксе вызывает у заключенного ужас, тело в течение самого короткого времени начинает ломить от неподвижного состояния. Воробьев свидетельствует о том, что эта пытка применялась к Журавлеву, который вынужден был справлять естественные надобности в брюки, так как не мог больше выдержать.
3. Постоянной практикой в ИК-18 является принуждение заключенных к «растопыриванию пальцев». Например, неоднократно сотрудники колонии требовали, чтобы при раздаче пищи осужденные выворачивали руки назад с растопыренными пальцами, причем развести пальцы требуется примерно на 5 см. Постоянное проделывание этого - больно и унизительно.
4. Возможны изъятия продуктов питания у заключенных, полученных законным путем. При этом акт изъятия не составляется. Так, у Воробьева и Журавлева были изъяты все продукты, купленные в магазине колонии, 23.06.2011 года. Когда осужденные попросили составить акт, инспектор Каздаулетов сказал, что выведет их и сломает им ребра - и это будет акт. По данному факту осужденные сумели передать жалобу в прокуратуру ЯНАО, и проверка подтвердила незаконность действий администрации. Когда осужденные попытались потребовать возврата продуктов - сотрудники колонии сказали им, что если еще раз пикнут - будут избиты так, что перестанут ходить.
5. Для вывода на рентгеновский снимок зимой (что в частности было в декабре 2010 года), заключенных заставляют раздеться по пояс голыми в камерах, а затем, в условиях климата Крайнего Севера, ведут по улице в другой корпус (корпус № 2).
6. Из колонии возможно отправлять жалобы только при наличии адвоката. Вместе с тем, перед проверкой, пожаловавшегося избивают и заставляют написать отказ от жалобы и любых претензий.
7. Нередко бывает, что продукты, купленные осужденным в магазине, в камеру не выдаются, а направляются в «каптерку», где их съедает осужденный- дневальный из числа хозобслуги. Администрация же колонии заставляет написать расписку, что продукты заключенным получены, а если отказаться ее написать - бьют до тех пор, пока такая расписка не будет получена.
8. Стирка вещей осуществляется 1 раз в месяц, при этом в банном комбинате вещи стираются так, что возвращаются такими же грязными. Осужденные моются всего 10 минут и обычно под холодной водой. Пища представляет собой, например, налима темно-коричневого цвета с тухлым запахом. Начальник медчасти, вместе с тем, утверждает, что «у налима такое мясо».

Копия жалобы будет приложена к письменному обращению.

30 августа 2011 года Журавлев попытался отправить жалобу Воробьева А.П. из СИЗО-1 города Кирова. Эта жалоба не была отправлена, а Воробьев в этот же день был найден повешенным в камере ИК-18, где он находился. Характерно, что в конце своей жалобы Воробьев указал просьбу о применении к нему мер безопасности, а также выразил уверенность, что в дальнейшем его будут принуждать отказаться от нее, и поэтому просил считать все свои дальнейшие «отказы» недействительными.

Жалобу Воробьева Журавлев сумел отправить адресату только из СИЗО-1 Екатеринбурга. В письме в наш адрес от 25.04.2012 года Журавлев сообщил, что пытается добиться возбуждения уголовного дела по факту убийства Воробьева сотрудниками ИК-18. Во-первых, он уверен, что руководство кировского СИЗО сообщило о жалобе руководству ИК-18 ЯНАО. Во-вторых, Журавлев уверен, что Воробьев о системе получения ложных признаний многое знал со слов него, Журавлева, и видел, кем и для чего выводился Журавлев из камеры, и потому представлял опасность для тех должностных лиц ИК-18, которые не оказались привлечены к уголовной ответственности наряду с Сандркиным. Жалоба Воробьева говорила о том, что последний предоставит следствию по делу о явках с повинной всю информацию, как только это будет возможно.

09 сентября 2011 года Лабытнангский отдел СО СУ СК по ЯНАО вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления по факту повешения Воробьева. Обращения Журавлева были переданы в тот же отдел для проведения проверки, результаты которой неизвестны - и, скорее всего, никаких результатов нет.

Что касается Журавлева, то в адрес «Комитета за гражданские права» поступило сообщение от ФСИН России, датированное 20.03.2012 года, где утверждается, что никакой угрозы безопасности в ЯНАО для Журавлева не имеется, и он будет и дальше отбывать наказание в ИК-18 поселка Харп! Таким образом, невзирая на решения следователей Следственного Комитета, ФСИН России твердо намерен отомстить осужденному Журавлеву, вернув его в «пыточную» колонию, о высокопоставленном сотруднике которой он дал изобличающие в преступлениях показания.

В Ваш адрес обращался «Комитет за гражданские права» и о мерах по изменению подсудности этого уголовного дела, так как судебное разбирательство на территории ЯНАО не будет отвечать критериям независимости и беспристрастности суда - тем более, что оперуполномоченный подполковник Сандркин был выпущен из-под стражи; из ФСИН России он не уволен. Однако, СК РФ письмом от 20.01.2012 года сообщил о передаче этого вопроса на рассмотрение в Уральский федеральный округ, откуда никаких сведений о принятом решении нам не поступало. 25 апреля 2012 года Журавлев написал нам, что суд состоится в городе Салехарде на территории ЯНАО, а он сам будет вскоре переведен в СИЗО-1 г. Лабытнанги, где к нему могут быть применены пытки. После этого, на протяжении 1 года, не поступило ни одного письма от осужденного.


Мы убеждены, что правоохранительные органы ЯНАО сделают все возможное для развала этого уголовного дела и для мести в отношении ос. Журавлева. Даже в случае проведения местной «проверки», от Журавлева получат стандартный отказ от всяких претензий - теми методами, о которых поведано выше.

Следует заметить, что мы не оправдываем Журавлева и считаем, что он должен быть наказан за свои деяния на основании уголовного закона. Вместе с тем существенно смягчает его вину вот какое обстоятельство.
По версии следователя Корешникова, Журавлев хотел освободиться через 25 лет, и таким образом выслуживался перед начальством. Редакция «Новой газеты» и ряд правозащитников, получивших письма Журавлева, считают его провокатором (http://www.novayagazeta.ru/inquests/57308.html?p=4). Понятно, что в роли пособника оперативника выступал не Робин Гуд. Да и заключенных-потерпевших трудно померить критериями порядочности.
Сам по себе осужденный (тем более к пожизненному лишению свободы) - лицо уязвимое в смысле зависимости от власти и воли должностных лиц, осуществляющих исполнение наказания. И если в колонии царит преступная и бесчеловечная атмосфера - она будет порождать подобных «провокаторов», вынуждать определенных личностей приспособиться к заданному существованию. На «инициативы», подобные конвейру явок Сандркина, легко находятся желающие. Сегодня в «Полярной сове» отсутствует и Журавлев, и Сандркин, а, по сведениям «Новой», явки оттуда продолжают поступать в следственные отделы России.

То, что излагается в настоящем обращении, не является неким голословным измышлением с позиций одного из осужденных.
На протяжении длительного времени в Комитет поступала - и продолжает поступать - информация о пытках и бесчеловечном обращении, о преступлениях по отношению к заключенным, творимых сотрудниками ИК-18. Другое дело, что эта информация всегда носила отрывочный характер - из-за особенностей содержания осужденных к пожизненному лишению свободы администрация «Полярной совы» могла скрывать преступные действия и бесчеловечное обращение с заключенными очень и очень долго.

Одним из первых обращений о произволе, царящем в ИК-18 в поселке Харп, было замечено нами обращение к общественности отца осужденного к ПЛС Альберта Плюхи - Плюхи О.Д., оно было опубликовано «Комитетом за гражданские права» 18.08.2011 здесь: http://www.zagr.org/1064.html.
В это же время было опубликовано аналогичное обращение женой осужденного Соловьева С.В. (см. здесь http://www.zeki.su/novosti/2011/4/27015614.html).

Несмотря на эмоциональность и сумбурность этого обращения, в нем детально излагались следующие факты.
1. 03.06.2011 года осужденные, находящиеся в 3-м корпусе, в том числе А. Плюха, слышали, как был насмерть забит в коридоре осужденный, попытавшийся совершить побег. Сотрудники избивали его довольно долго, заключенный кричал и хрипел. Так, он пытался прокричать осужденным, что сотрудник Буньков намеренно уговорил его побежать к «запретке», двор намеренно оставили незапертым. Избиваемого поволокли на 2 этаж, где вскоре все смолкло. После этого, по коридору бегали врачи, обсуждая, какую причину смерти они должны теперь выставить.
2. Сам А. Плюха болен язвой 12-типерстной кишки, постоянно испытывает боли, не может нормально есть. Данное заболевание он имел еще до прибытия в ИК-18. Однако, после этапирования в данную колонию, документы о данном заболевании, имеющиеся в медкарте осужденного, были уничтожены. В процессе проверок по жалобам Плюхи и его родственников, руководством ИК-18 выдаются справки об отсутствии у заключенного такой болезни, так как в медкарте о ней ничего не сказано.
3. В обращении также, как и в жалобе Воробьева, указано о следующих применямых в ИК-18 пытках: «растопыривание» пальцев рук, принуждение к «докладам» при входе сотрудников в камеру, причем доклад необходимо проорать с расставленными в стороны руками; запирание в «боксы», стороны которых составляют по 40 см., указано - но без конкретизации - что в ИК-18 практикуется выбивание явок с повинной.
4. Осужденному Плюхе была выдана зимняя обувь в 2011 году, хотя он прибыл в колонию в 2008 году. Куртки осужденных предназначены для 1 климатического пояса, а не для 4-го, не для условий Крайнего Севера. Вместо шапок выданы самодельно пошитые предметы (иначе их нельзя назвать), созданные из старых шинелей. Однако, по отчетности, все соответствует нормам вещевого довольствия, а проверяющие прокуроры не обращают внимания на реальное обмундирование осужденных в силу корпоративной солидарности с руководством колонии и УФСИН по ЯНАО. Питание описано аналогично жалобе Воробьева. На претензии руководство ИК отвечает, что положенные по норме продукты «растворяются в котлах».
5. Условия двух- и одноместных камер (одноместные камеры сравнимы по условиям с камерами штрафного изолятора, куда неоднократно водворялся А. Плюха), являются бесчеловечными и остаются такими до сих пор, что явствует из сообщения отца другого осужденного - Н. Тихонова (см. здесь: http://gg-hohia.livejournal.com/65189.html). Сообщение датировано 14.12.2012 г.
Так, нары осужденных представляют собой металлическую конструкцию, которая в одиночных камерах изголовьем закреплена к унитазу, который ничем не отгорожен! То есть, заключенные, содержащиеся в этих камерах, спят, дыша испражнениями из унитаза. В камерах ШИЗО окна отсутствуют, так как заложены кирпичом. В двухместных камерах окна примерно 30 на 90 см., закрыты двойной металлической сеткой, и от жилого пространства - металлическим отсекателем в виде решетки. Принудительная вентиляция в камерах отсутствует. Камеры не оборудованы местом для сидения - вместо него имеется некая «жердочка» шириной 10 см. Вода в умывальнике обычно отключена, в камерах стоят пластиковые бутылки с водой.
6. При данных условиях содержания в камерах, самым распространенным «нарушением» режима содержания является «пыль в камере». Наложением взысканий за это липовое нарушение с водворением в ШИЗО фактически наказываются осужденные за попытки отправки жалоб.

6 апреля 2013 года руководитель СПб отделения «Комитета за гражданские права», член ОНК по СПб, Борис Пантелеев, опубликовал цитаты из пришедшего в его адрес письма осужденного Громова А.А. Стоит отметить, что ранее письма Громова цитировала «Новая газета» в вышеобозначенной публикации, и некоторые другие СМИ. Громов свидетельствовал о системе выбивания ложных признаний, учрежденной Сандркиным в ИК-18. Свои обращения о беззаконии, творящемся в «Полярной сове», Громов, после этапирования за пределы ЯНАО - во Владивосток, рассылал во многие СМИ.

В настоящее время А.А. Громова этапируют обратно, в поселок Харп. «…На протяжении четырех лет и семи месяцев, которые я там пробыл, я подвергался пыткам, нечеловеческому, унижающему достоинство обращению, побоям. Мне, как больному ВИЧ-инфекцией и хроническим, вирусным, активным гепатитом «С» не оказывалось эффективное лечение…я не могу добиться ни помощи, ни перевода в другой регион, т. к. мои болезни являются препятствием для отбывания в ЯНАО …Там меня ждет расправа за то, что я писал за все беззаконие этого учреждения, и это не беспочвенное мое опасение. В 2011 году в ИК-18 было 4-е трупа: одного забили до смерти; двоих довели до самоубийства; ещё одного довели до смерти тела, что не оказывали медпомощь. Какая смерть ждет меня, если я туда попаду?…Я обращался и в ФСИН России, но они прикрывают грехи ИК-18 и говорят, что проверка проведена, нарушений не выявлено».

Из упомянутых Громовым 4-х убитых заключенных в ИК-18, первый - забитый насмерть заключенный за попытку побега, где свидетелем убийства стал ос. А. Плюха, как это пояснялось выше. Один из доведенных до самоубийства, вероятно, Воробьев. Последний же - заключенный Максимов, который заболел туберкулезом в 2011 году и скончался примерно через полгода, так как ему не оказывалась медицинская помощь. Сведения об этом случае содержатся в обращении отца А. Плюхи.

Мы вполне осознаем, о какой колонии и каких заключенных идет речь. В «Полярной сове» содержится значительное число «резонансных» убийц и «маньяков». Так, в этой колонии содержится «битцевский маньяк» Пичушкин, «знаменитый» майор Евсюков, упоминаемый здесь убийца адвоката Маркелова Н. Тихонов, и т. д.
Мораторий на смертную казнь не означает, что следует фактически узаконить концлагерь. Пыточный полигон, в который превращена эта колония, таит в себе серьезную опасность для общества. Если дозволить власти «забыть» о законе и об уважении к элементарным правам человеческой личности в отношении убийц и маньяков - очень скоро власть начнет «забывать» об этом в отношении добропорядочных граждан, когда того потребуют интересы чиновников. Кроме того, мы убеждены, что надзиратели и их подопечные должны, все-таки, отличаться друг от друга.

«Комитет за гражданские права обращается к руководству СК РФ и Генпрокуратуры РФ, также, о:

- принятии меры к изменению подсудности уголовного дела по обвинению Сандркина и Журавлева в целях объективности судебного процесса, принять меры к началу судебных слушаний по существу дела;

- предоставлении в СМИ и общественным организациям информацию о ходе расследования судьбы остальных 158 ложных явок с повинной, полученных в ИК-18 УФСИН РФ по ЯНАО и о принятых ФСИН России мерах, связанных с обнаруженными в ИК-18 УФСИН России по ЯНАО преступлениями;

- оказании содействия в переводе за пределы ЯНАО в другие колонии, предназначенные для содержания ПЛС, осужденных Журавлева, Громова, Плюхи;

Уведомляем Вас о том, что по изложенным в настоящем обращении фактам подготовлено заявление в Европейский комитет по предупреждению пыток (ЕКПП).

# # #

«Комитет за гражданские права» обращается к родственникам осужденных, осужденным к ПЛС, вывезенным за пределы ЯНАО, осужденным из числа хозобслуги, работавшим в «Полярной сове», общественным организациям, сообщить известные им факты пыток и бесчеловечного обращения в ИК-18, п. Харп, ЯНАО. При необходимости анонимность гарантируем.
Контакт для связи: zagrorg@yandex.ru

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

Михаил Федотов

Михаил Федотов

Советник Президента РФ, Председатель Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека

На этот вопрос не может быть утвердительного ответа. С таким же успехом можно задавать вопрос: можно ли лишать человека жизни? Разумеется, бить людей нельзя. Такое право не предоставлено ни сотрудникам ФСИН, ни сотрудникам полиции, ни кому бы то ни было. Тот, кто избивает человека, совершает уголовное преступление. И не имеет значение, кого именно он избивает: задержанного, обвиняемого, осужденного - каждый имеет право на телесную неприкосновенность. Другое дело, что федеральные законы предоставляют сотрудникам ФСИН и полиции определенные права по применению физической силы в отношении правонарушителей. Если, например, будет установлено, что применение силы было самоцелью или не вызывалось объективной необходимостью, то виновный должен быть привлечен к ответственности. Конечно, между требованиями закона и реальной практикой бывает дистанция огромного размера. Для того, чтобы эта дистанция неуклонно сокращалась, самое лучшее средство - открытость силовых структур, повседневный гражданский контроль, воспитание в стражах порядка подлинного уважения к правам человека.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3168 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ