Пантелеев Борис Еремеевич

Ответственный секретарь ОНК по СПб (в четвертый созыв ОНК СПб не прошел)

12345.6899@bk.ru 8-905-265-02-45
23 апреля 2013, 14:18 нет комментариев

Если в Копейске беспредел, то в Томске.... // "Красное знамя" № 22 от 14.02.2013

Поделиться

Выступления Н.С. Кречетовой в СМИ о беспределе в исправительных колониях заставило меня взяться за перо. Я ушел в отставку в 1997 году, а сейчас я вернулся на службу в уголовно-исполнительную систему вольнонаемным сотрудником. И могу смело утверждать, что в колониях Томской области беспредела не было и нет. Даже малейшие попытки злоупотребления своим положением резко пресекались руководством. Работа с кадрами всегда была хорошо поставлена. Например, исправительная колония №4 в свое время «выдавила» из своих рядов контролера Митаева за проступки. Но его «подобрала» милиция. В результате погиб журналист Константин Попов, и закрыли все медвытрезвители. А вот если бы кадры УВД не взяли его, прочитав нашу характеристику, то глядишь и журналист был бы жив. Но, увы, история не терпит сослагательного наклонения.

Случались ли в колониях факты злоупотребления? Конечно. Но случаи были единичны. Например, в начале девяностых в воспитательной колонии №2 офицер обозвал несовершеннолетнюю воспитанницу оскорбительным словом, и она написала жалобу. Старший воспитатель, став на сторону осужденной, не стала выгораживать коллегу. Начальник УИНа полковник Анатолий Александрович Сальников назначил служебную проверку по факту оскорбления. Офицеру предложили выбор: публично извиниться или написать рапорт об увольнении. Сотрудник попросил прощение. А через некоторое время перевелся в другую колонию, так как коллектив, в основном женщины, объявили ему бойкот, не стали с ним здороваться и разговаривать.

В 1994 году произошел и другой случай. Во время обыска начальник отряда исправительного учреждения №1 сознательно или нечаянно разбил двухлитровую банку с вареньем, взяв ее из тумбочки осужденного. Откуда у него эта банка, я выяснять не стал. Важно было другое. Офицер позволил злоупотребление, которое должно пресекаться на корню. Я как старший инспектор УИНа по воспитательной работе стал проводить служебное расследование. Начал с виновника, с начальника отряда. Пояснил, что жалоба на контроле у руководителя УИНа Сергея Кирилловича Подоксенова. И от моего заключения зависит, будет он служить дальше или его придется уволить по отрицательным мотивам. Начальник отряда не ожидал такого оборота. Он думал, что в худшем случае получит строгий выговор. А в лучшем – пожурят, сделав устное замечание. Подумаешь, какая-то банка разбилась! А здесь сразу увольнением стращают. Меня возмутило его поведение. Какой пример он подает в отряде? И если действительно разбил нечаянно, то мог бы сразу извиниться. И осужденный не стал бы писать жалобу, и, возможно, простил бы. И вот когда сотрудник осознал свою вину, я вызвал осужденного, который жаловался. Начальник отряда сыграл на опережение и, не дожидаясь продолжения неприятного разговора, извинился. Осужденный с облегчением простил, наверное, пожалел своего отрядного. Я предупредил, что если он, не дай бог, начнет «прессовать» осужденного, то второго прощения уже не будет. Все должны вести себя в рамках закона. И ведут. Подобные случаи крайне редки. И к виновным принимаются сразу жесткие меры.

Случались и факты, когда осужденные нападали на сотрудников. И закон допускает в исключительных случаях применение спецсредств – резиновых палок и наручников. По каждому такому случаю обязательно составляется акт о правомерности применения спецсредств, который всегда проверятся прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях. Помню и недавний случай применения огнестрельного оружия. В июне прошлого года осужденный к 24 годам лишения свободы за бандитизм, групповой разбой, незаконный оборот оружия и массовое убийство задумал побег из асиновской ИК-2. Он ранил заточенным черенком ложки сотрудника в шею, лоб и предплечье и пытался перебраться через ограждение. Предупредительные окрики и выстрелы в воздух его не остановили. Был открыт огонь на поражение. Раненый сотрудник долго лечился в больнице. Но о нем СМИ почему-то не говорили.

Вообще, служба в колонии трудная, напряженная и опасная. И нам, ветеранам и пенсионерам УИС, горько и неприятно, когда Уполномоченный по правам человека омбудсмен, призванный защищать права человека, порочит нашу уголовно-исполнительную систему. И делает это крайне некомпетентно. Она постоянно путает ИВС (изолятор временного содержания), который относится полицейскому ведомству, со следственным изолятором, находящемуся в системе ФСИН. Ну, нет в городе Асино следственного изолятора, они только в Томске и Колпашево! Чтобы критиковать, надо четко представлять объект критики.

И, во-вторых, нельзя выступать в СМИ с эмоциональными, но голословными обвинениями. Где (в какой колонии), кто (конкретно фамилия сотрудника), когда (дата и время) и как конкретно он злоупотребил своим служебным положением. Если в Копейске беспредел, то, значит, он везде? И в Томске? Но конкретных фактов нет.

Вот сейчас в печати возмущается, почему не отпускают по УДО Зайкова, который ударил губернатора, ведь Кресс его давно «простил». И не понимает Нелли Степановна, что по УДО нарушителей не освобождают. Не в состоянии начальник колонии выпустить Зайкова на УДО, даже если бы сильно захотел. Это делает суд. И, кстати, не всегда принимая к сведению характеристику из колонии. А если бы Кресс на самом деле простил и захотел его освобождения, то написал бы от себя лично ходатайство о помиловании в областную комиссию по помилованию, которая бы утвердила его и направила президенту.

Я не говорю, что томская УИС идеальна. Наверное, бывают факты злоупотребления служебным положением. Их выявляют, и избавляются от нерадивых сотрудников. УФСИНом сейчас руководит Николай Васильевич Теущаков. Не мог Анатолий Александрович Сальников, уходя на заслуженный отдых, оставить вместо себя сомнительного преемника. Я хорошо знаю Николая Васильевича еще с тех пор, когда он ходил в звании лейтенанта. Порядочный, честный и человечный руководитель. И сколько Нелли Кречетова не пытается очернить уголовно-исполнительную систему Томской области, у нее это не получится. Хотелось бы ей посоветовать чаще посещать колонии и общаться не только с родственниками осужденных. В заключении, хотелось бы пожелать Уполномоченному по правам человека глубже вникать в систему УИС, работать компетентно и объективно.

Виктор Иванович Федоров, пенсионер УИС

Ответ на открытое письмо

Хочу высказать свою позицию по вопросам, поднятым в открытом письме на мое имя В.И. Федоровым, пенсионером УИС. Полагаю, что этот ответ может быть интересным не только автору открытого письма, но и всем, кто хочет знать ситуацию в томских колониях.

Во-первых, хочу сказать об общем смысле письма, которое, судя по всему, в целом отражает стиль мышления руководства томского УФСИН. Понимание получается таковым: никаких серьезных проблем нет, система исполнения наказания близка к идеальной, есть только отдельные маленькие недочеты. Омбудсмен же «порочит и очерняет» систему исполнения наказания «то ли специально, то ли в связи с непрофессионализмом». Предлагаю другую интерпретацию моей позиции: уполномоченный выявляет проблемы и информирует о них власть и общество, что, кстати, положено делать по закону. Вот и руководители российского государства, министр юстиции, а также федеральное управление ФСИН России постоянно говорят о необходимости реформирования и гуманизации исправительной системы. На этот счет желающие могут ознакомиться с январским выступлением уже упомянутого министра юстиции России А.В. Коновалова на «правительственном часе» в Госдуме РФ, мнением директора ФСИН России Г.А. Корниенко, а также Уполномоченного по правам человека РФ В.П. Лукина. Причины, послужившие известным всем событиям в колонии Копейска, – это скорее правило, чем исключение. Необходимость изменений в пенитенциарной системы страны очевидна.

Во-вторых, автор письма полагает, что я недостаточно часто бываю в колониях, а стало быть, поверхностно знаю ситуацию. Докладываю, что за два года моей работы я посетила все учреждения УФСИН России по Томской области: ИК-2 ИК-3, ИК-4, СИЗО-1, СИЗО-2, воспитательные колонии для несовершеннолетних мальчиков и девочек ТВК-1 и ТВК-2, ЛИУ-1. Многие - по нескольку раз. Во всех провела прием по личным вопросам, а также непосредственно общалась с руководством и сотрудниками всех названных учреждений. Получила только в 2012 году около 150 письменных обращений от заключенных. Общалась лично и письменно с их родственниками. Посетила несколько заседаний суда по рассмотрению ходатайства об УДО в ИК-3. Поэтому могу утверждать, что картина мне достаточно ясна. У меня нет оснований изменения моего мнения по обсуждаемой теме. Я могу лишь повторить: за редким исключением, ни о каком исправлении осужденных не может идти речи. Налицо практика унижения человеческого достоинства и ограничения других прав, а именно: на труд, на образование, на медицинскую помощь, на информацию.

В-третьих, хочу отдельно остановиться на истории из письма о «пресловутой банке с вареньем». Автор письма и, видимо, руководство УФСИН полагают, что эта идиллическая история, напоминающая историю из жизни пионерского лагеря, убедит читателей в «непорочности и чистоте помыслов» сотрудников томского УФСИН. Однако вышло ровно наоборот. Эта история свидетельствует, не побоюсь этого слова, о примитивном понимании проблем. Чтобы В.И. Федорову жизнь не казалась такой «сладкой», достаточно привести лишь некоторые примеры последнего года из колонии ИК-3, говорящих о жестокой реальности. Это смерть осужденного при строительстве дачи заместителя начальника колонии Кокунина О.Н. Вдумайтесь, сам факт инсценировки смерти осужденного, установленный прокуратурой Томской области, говорит о многом. Ведь этого осужденного сначала придавило плитой на строительных работах вне колонии, затем его уже мертвого перенесли на территорию ИК-3, где попытались зафиксировать смерть. Однако прокуратура вскрыла эту неприличную, компрометирующую руководство ситуацию. Ну и как вам эта история по отношению к событиям с банкой варенья? Известны мне и другие случаи смертей осужденных этой колонии, по которым сейчас ведется проверка прокуратуры.

Не ставлю под сомнение личные качества руководителя томского УФСИН Н.В. Теущакова. Под сомнением находится лишь понимание ситуации и желание ее изменить. Рецидивная преступность очень высокая, кстати, в нашем регионе, имеет много причин. И одна среди них – это состояние наших колоний с целым букетом серьезнейших проблем.

Н. Кречетова, Уполномоченный по правам человека в Томской области

Примечание:
Также материал был опубликован в газете "Томская неделя" № 7 от 15.02.2013

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Какую роль в решении проблем защиты прав заключённых может сыграть гласность и мощный интернет-ресурс "ОНК.РФ"?

Петер Оборн

Петер Оборн

Главный политический комментатор газеты "Тhe Daily Telegraph"

Новый проект ОНК.РФ мне кажется очень перспективным.  Я посмотрел на новый сайт (который, я замечаю, пока находится в стадии тестирования) и всё выгладит очень профессионально и всеобъемлюще.  Особенно впечатляет открытость сайта и система прямого обращения между членов ОНК и посетителями сайта, это обязательно поможет всем лучше понимать роль и деятельность общественных наблюдательных комиссий.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3200 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ