3 июля 2018, 13:17 нет комментариев

Бомба для чиновника: Путин начинает реальную борьбу с коррупцией

Поделиться

Как известно, все самое важное публикуется у нас на выходные,- чтобы к наступающим будням общество смогло переварить и осмыслить грядущие перемены. 30 июня своим Указом Владимир Путин утвердил "Национальный план противодействия коррупции на 2018–2020 годы". В нем Кремль решился на весьма радикальные шаги.

Почитаем основные пункты этого плана.

Первое:

правительству РФ поручено до 1 октября 2018 года разработать и утвердить методику оценки планов противодействия коррупции федеральных госорганов и эффективности реализации этих планов, а также установить порядок определения должностных лиц федеральных государственных органов, ответственных за разработку и реализацию политики в области противодействия коррупции.

Бюрократы после такого захода вздохнут спокойно. Планы противодействия коррупции давно уже есть во ВСЕХ министерствах, ведомствах и органах власти на местах. Любой, кто устраивается на работу в госорганы и госкорпорации, дает подписку о том, что будет работать честно и даже обязуется сообщать о возможных покушениях на чистоту рядов. Коррупции от такой меры ни тепло, ни холодно...

Второе:

До 1 октября кабинету министров также нужно разработать и утвердить методику проведения социологических исследований в целях оценки уровня коррупции в субъектах РФ.

Стоп! Это - первая неожиданность. Уровень коррупции теперь федеральные власти будут определять не количеством судебных приговоров за взятки и откаты (оно ничтожно!), а впечатлениями населения о масштабах беды. Такого раньше никогда не было. Были отчеты губернаторов и начальников разных ведомств о том, что "кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет".

Третье:

До 1 ноября правительству поручено внести в Госдуму проекты федеральных законов, предусматривающих распространение на ответственных чиновников запретов, ограничений и требований, установленных в целях противодействия коррупции.

Этот пункт вводит казнокрадов из легкой обеспокоенности в глубокую фрустрацию. Ведь и нынешние законы отнюдь не мягки к коррупционерам (достаточно вспомнить громкие дела Белых, Улюкаева, Хорошавина и пр), а тут еще и новые появятся. Их характер будет уж точно не в сторону смягчения наказаний.

Четвертое:

До 1 февраля 2019 года правительству РФ поручено подготовить предложения о расширении видов имущества, подлежащего обращению в доход Российской Федерации (включая денежные средства и иные ценности, предметы роскоши), если в отношении такого имущества не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы.

Это, пожалуй, самая главная и болезненная мера. И она вовсе не является новацией российского законодательства. На днях "НИ" писали о том, что

В Смоленске суд обратил в доход государства просторную квартиру и престижный автомобиль, принадлежавшие ведущему специалисту районного отдела ЗАГС и её мужу. Дело в том, что женщина, чей официальный доход не превышал 350 000 рублей в год, просто не смогла доказать, откуда у неё деньги на покупку элитных вещей.

Прокуратура выяснила, что в 2015 году пара приобрела квартиру площадью 106,2 кв. м за 4,3 млн руб. А годом позднее семейство купило кроссовер Volkswagen Tiguan стоимостью более 1,5 млн руб. При этом заработок чиновницы не превышал 350 000 руб. в год, и примерно такую же сумму она указывала в декларации, отчитываясь о средних доходах самозанятого супруга.

Можно подумать, что борьба с коррупцией и ограничится погоней за имуществом работников загсов или писарей в районных управах. Но что-то подсказывает, что деятели и рангом повыше уже начали сличать свои затраты с официальными доходами. А вдруг общественники или СМИ, пользуясь расширенным списком подотчетного имущества, начнут публиковать сведения от реальных тратах чиновников? А они ведь начнут...

Пятое:

Генпрокуратуре РФ с участием администрации президента РФ и МИД РФ поручено обеспечить значимое участие России в деятельности Группы государств против коррупции и функционировании обзорного механизма Конвенции ООН против коррупции. Доклад об исполнении представлять ежегодно до 1 февраля.

Для тех, кто не знает, поясним: Конвенция ООН особое внимание уделяет механизму закупок, тендеров, конкурсов, через которые чиновники тратят бюджетные средства и которые во многих странах являются главными "генераторами" коррупции. В России до сих пор 90 процентов тендеров происходят с участием одного поставщика и далеко не всегда на прозрачных основах. А теперь почитаем, что сказано в Конвенции ООН:

Статья 9 - Публичные закупки и управление публичными финансами

1. Каждое Государство-участник принимает, в соответствии с основополагающими принципами своей правовой системы, необходимые меры для создания надлежащих систем закупок, которые основываются на прозрачности, конкуренции и объективных критериях принятия решений и являются эффективными, среди прочего, с точки зрения предупреждения коррупции. Такие системы, которые могут предусматривать надлежащие пороговые показатели при их применении, затрагивают, среди прочего, следующее:

а) публичное распространение информации, касающейся закупочных процедур и контрактов на закупки, включая информацию о приглашениях к участию в торгах и надлежащую или уместную информацию о заключении контрактов, с тем чтобы предоставить потенциальным участникам торгов достаточное время для подготовки и представления их тендерных заявок;

b) установление, заблаговременно, условий участия, включая критерии отбора и принятия решений о заключении контрактов, а также правила проведения торгов, и их опубликование;

с) применение заранее установленных и объективных критериев в отношении принятия решений о публичных закупках в целях содействия последующей проверке правильности применения правил или процедур;

d) эффективную систему внутреннего контроля, включая эффективную систему обжалования, для обеспечения юридических средств оспаривания и средств правовой защиты в случае несоблюдения правил или процедур, установленных согласно настоящему пункту;

е) меры регулирования, в надлежащих случаях, вопросов, касающихся персонала, который несет ответственность за закупки, например требование о декларировании заинтересованности в конкретных публичных закупках, процедуры проверки и требования к профессиональной подготовке.

По некоторым данным, объем коррупции в России составляет около 2 триллионов рублей в год. Этих денег вполне могло бы хватить на ликвидацию дефицита Пенсионного фонда. Но пока они уходят в карманы чиновников и их присных. Пока лилия золотой дождь нефтедолларов и были доступны иностранные кредиты, власть могла мириться с коррупцией. Но сегодня такой "роскоши" уже не позволишь. Делиться заставят не только рядовых граждан через повышение налогов, пенсионного возраста, но и и ... тех самых коррупционеров. Которые будто бы всем известны, но были неприкасаемы.

И последнее. Национальный план рассчитан всего на три года - с 2018 по 2020 годы. Никаких отсылов в 2035 или 2050 годы Кремль не дал. Есть о чем задуматься...

Аббас Галлямов, политолог:

Борьба с коррупцией наряду с демонстративным ограничением собственного престижного потребления элит - это самый сильный политический инструмент из тех, что остались в арсенале властей. Если начать сейчас массово увольнять и сажать проштрафившихся чиновников, люди поймут, что государство не только их обирает, но и себя тоже ограничивает. Теоретически результатом может стать новая солидарность, основанная не на общей радости победы, как после Крыма, а на общих трудностях, как во время послевоенного восстановления страны. Чтобы это произошло борьба с коррупцией и самоограничение должны выглядеть очень убедительно. Проблема здесь, однако, в том, что долгосрочным интересам развития страны вся эта пиар-деятельность никак не отвечает. Являющиеся главным тормозом прогресса силовики станут главными бенефициарами происходящего. Именно они будут «бороться» с коррупцией, приобретая в результате ещё большую власть и влияние. Экономика, в результате, продолжит своё падение.

Илья Гращенков, руководитель Центра развития региональной политики:

Основная болевая точка – это отчёт чиновников за фактически их образ жизни. Если они обладают собственностью, автомобилями и так далее, надо доказывать откуда они появились при фиксированном размере оплаты труда. Система ухода от ответственности налажена. Понятно, что всё переписывают на родственников, каких-то левых владельцев, пока чиновник не уйдёт со службы. На мой взгляд, этот закон требует доработки: если чиновник ушёл со службы, то он остаётся ответственен за срок пребывания в должности. Некоторые члены правительства сейчас ушли со своих должностей и у них сразу появились самолёты, дворцы и так далее. Откуда они появились? Если он уже не чиновник, не должен отвечать за такой резкий рост благосостояния?

Второй момент связан с социологией. Это попытка вычленить среднюю сумму взятки? Мне это напоминает попытку кинуть кирпич в озеро и посмотреть, что всплывёт? Ничего не всплывёт, потому что крупные взятки даются за закрытыми дверями. И вообще это не взятки, а откаты. Основная проблема нашего бюджета – его коррупционный распил, а не дача взятки участковому, медсестре или гаишнику на дороге. На мой взгляд тут тоже недоработка в социологии. Получить среднюю температуру по больнице с помощью соцопроса – это такая непонятная история.

Важный момент связан с международным контролем. Конвенция ООН по международным закупкам. Это интересно, потому что даёт возможность общественности подключиться к ситуации. Сейчас уже имеются общественные антикоррупционные организации – ФБК, Комитет по борьбе с коррупцией Голубева, у которого есть свое СМИ. Если ФБК сосредоточены на конкретных людях, то голубевский Комитет по борьбе с коррупцией работают в основном с регионами, с небольшими чиновниками, коммерческими компаниями, которые входят в сговор с государственными органами. Общественность такие факты раскрывает, доносит до служб контроля. Другой вопрос, что дальше дело не идёт, ставятся блоки, ничего не расследуется. ФБК, Навальный задавали много раз вопросы по поводу дворцов Медведева и других чиновников, но внятных ответов так и не получили. Тут вопрос скорее к исполнителям. Проконтролировать общество может, но будет ли этим заниматься реципиент из правоохранительных структур?

И следующее, что можно сказать: программа короткая, рассчитанная на три года. Складывается ощущение, что это – попытка немножко встряхнуть коррупционное болото, немного прижать. Это сигнал в сторону региональных элит из серии «ребята, денег мало, умерьте аппетиты, иначе будем карать». Понятно, что карать будут не всех, выборочно. Других новаций я не вижу. А смешные истории «проанализировать план по проверке планов» - бюрократическая история, которая очередной раз отсылает нас к тому, что с коррупцией борются сами чиновники.

Олег Матвейчев, профессор НИУ «Высшая школа экономики»:

Социологические исследования велись всегда. Это не является неожиданностью. Что касается количества судебных приговоров за взятки и откаты, у нас в России оно самое большое в мире. И только Китай может сейчас с нами сравниться по количеству, а в европейских странах значительно меньше и то, когда бывают скандалы и приговоры, то суммы там фигурируют значительно большие. Коррупция там выше, но борьбы с ней гораздо меньше.

Ограничения, требования, которые бесконечно предъявляются чиновникам уже и так привели к тому, что, как минимум, на низовых уровнях в чиновники никто идти не хочет. И, если мы и дальше будем продолжать эту практику, ещё больше не будут хотеть. Нормальный человек всё это количество запретов и всякой ерунды, которую от него постоянно требуют выполнять, тем более, если он действительно живёт на одну зарплату, ему легче застрелиться, чем связываться. А настоящий большой коррупционер готов потерпеть бесконечные запреты. Нам нужно наоборот придумывать какие-то льготы для чиновников и придумывать способы их реабилитации в обществе для того, чтобы создавать позитивный образ государства, а мы идём по пути Украины, когда каждая собака считает себя круче чиновника, что он – Д'Артаньян, а все чиновники априори – воры. Это вещи, чреватые всевозможными «майданами», а майдан чреват огромными бедствиями для России.

Что касается казусов по поводу контроля за расходами, когда квартиру и автомобиль руководителя ЗАГСа в Смоленске обратили в доход государства, я думаю, что там была серьёзная доказательная база, а не просто не смогли доказать доходы. У нас декларирование доходов не вводилось долгое время и человек может говорить, что у него золотые слитки, которые достались в наследство от бабушки. Всегда есть возможность объяснить, что получил заём от родственника или что-то ещё от кого-то.

Все тендеры и госзакупки у нас мониторятся. Все требования, которые содержатся в Конвенции ООН у нас выполняются. Более того, у нас в России создана лучшая система госзакупок в мире! Лучше, чем в Европе, лучше, чем в Америке! Самая прозрачная! Самая лучшая! После того, как ОНФ несколько лет поработала по закупкам на роскошь, ОНФ уже и делать стало там нечего. Подозрительные закупки сошли на нет. Этих подозрительных закупок было на 50 млрд, а вовсе не на 2 триллиона! Это невероятная, невозможная сумма – 15% нашего российского бюджета. Просто невозможно, чтобы такая сумма уходила на коррупцию. Это нужно себе представить, что каждая бюджетная трата сопровождалась 15% воровством или откатом, чего в природе технически быть не может.

Источник: Новые Известия

Комментарии

Чтобы оставлять комментарии необходимо войти на сайт или зарегистрироваться

Страхование заключённых


Страхование от несчастных случаев


Страхование от заболевания туберкулезом

Опрос

Мнение

Можно ли бить людей (заключённых)?

Петер Оборн

Петер Оборн

Главный политический комментатор газеты "Тhe Daily Telegraph"

Избиение любого задержанного или осужденного абсолютно неприемлемо и является грубым нарушением их человеческих прав.
Подать обращение

Проверить статус обращения

  • Подано 3438 обращений
  • Обработано 1053 обращения
  • В РФ работают 724 члена ОНК
  • 79 ОНК работают в РФ